С днем рождения викинг


Стихи о викингахО викингах всё пишут враки,
Добрейших не найдёшь людей -
днем Они всегда после атаки
Спасали женщин и детей.

Спасали серебро и злато
И из церквей, и из домов,
Коль мужиков уж нет, однако
Все в одночасье - без голов.

Они ходили на рыбалку
В другие страны за форелью,
Им часто видеть было жалко,
Как много за бугром имеют.

На удивление скандинавам,
Так много всякого добра
В чужих, для них заморских странах,
А взять всё можно задарма.

Нужна загран-командировка
На пару месяцев в сезон.
Нужна команда, нужна лодка,
Кольчуга, щит да и топор.

По скандинавски скажешь "здрасьте",
Салют отдашь им топором -
Они тебе любые сласти
И хлеб да соль. Таков закон!

А если что не так, напомнишь
О воспитании, этикете.
Пример подашь, проявишь доблесть,
Что с уважением заметят.

Не зря их часто приглашали
На управление над собой -
Те, кто их вежливость признавали -
Культуры европейской строй.

О викингах всё пишут враки,
Добрейших не найдёшь людей -
Они всегда после атаки
Спасали женщин и детей.

Хуторянский Оскар

Зачарованный викинг, я шел по земле,
Я в душе согласил жизнь потока и скал,
Я скрывался во мгле на моем корабле,
Ничего не просил, ничего не желал.

В ярком солнечном свете — надменный павлин,
В час ненастья — внезапно свирепый орел,
Я в тревоге пучин встретил остров ундин,
Я летучее счастье, блуждая, нашел.

Да, я знал, оно жило и пело давно,
В дикой буре его сохранилась печать,
И смеялось оно, опускаясь на дно,
Подымаясь к лазури, смеялось опять.

Изумрудным покрыло земные пути,
Зажигало лиловым морскую волну...
Я не смел подойти и не мог отойти,
И не в силах был словом порвать тишину.

Ослепший викинг встал над скалами,
Спаленный богом.
Трубит печально над провалами
Он длинным рогом.

Сердитый Тор за белым глетчером
Укрылся в туче.
Леса пылают ясным вечером
На дальней круче.

Извивы лапчатого пламени,
Танцуя, блещут:
Так клочья палевого знамени
Под небо плещут.

Андрей Белый

Откуда викинги взялись?
До Шарломея их не знали.
До их широт не поднялись
Солнцелюбивые римляне.

Далёким островом они
Всю Скандинавию считали
"Германцы все там родились" -
В сенате Рима так писали.

А скандинавы подрастали,
И множилось их мастерство,
Как строить лодки топорами,
Как грабить ближнее село.

Норвержцы больше шли на север
Суровой флоры острова
Манили их. О их набегах
Сегодня гордая молва.

Датчане - грабили Европу,
А шведам мил был южный край.
Пусть скандинавов было много,
Но каждому своё давай.

Свой Кодекс Чести ими создан,
Пиратской этики указ;
И в слове "витязь" в русском слове
Со словом "викинг" точна связь.

С восьмого века скандинавы
Ту "Эру Викингов" открыли,
Что в сильных но прибрежных странах
Бессильно руки опустили.

Европу трудно удивить
Насилием в средние века,
Но викингов жестокость, прыть
Стандартом новым стало зла.

Хуторянский Оскар

В далёкие, далёкие года
Когда ещё земля была чиста от гари
Рождались скандинавские войска
Их просто викингами звали

Ещё когда были чисты моря
Когда про ядерные войны и не знали
Невежественно в медный горн трубя
Отважно викинги с врагами воевали

Был воздух чист, лишь запахом пропитан
Больших костров, победы и людей
Богатых смелостью, отвагой и небритых
Как псы войны, похожих чем-то на зверей

Уже тогда был кодекс чести, вера в слове
И вождь был во главе, а не в засаде
Плечом к плечу сражались – братство крови
Сражались за народ, а не наживы ради

Вокруг гренландские зелёные луга
И соловьи на ветках беззаботно пели
Мечи, щиты, на шлемах – буйвола рога
И камни, раскалённые в огне белели

Ещё тогда была чиста душа
Когда предателей без сожаленья убивали
Без боли, балансируя на острие ножа
Рождались викинги и жили... воевали...

Гринс Алексей

У викингов за кодекс чести
Порою жизни отдавали -
Пример из "вещего Олега"
Варяга Одд - его так звали.

Не пить крови, не есть сырого,
Не оббирать простых купцов,
Не грабить женщин - это строго!
Бесчестью смерть, как у волков.

Дать клятву, значит - навсегда!
Предательство - страшнее смерти.
Потомкам труса никогда
Руки не даст никто. Поверьте.

Каралась казнью также ложь.
Рукопожатие - законом!
С чужими - вежливости ждёшь
За оскорбления - бой без стонов.

Казнили там за воровство,
Не за грабёж - он был дозволен!
Грабитель не скрывал лицо -
Он честно грабит. Часто с боем.   

Их кровожадна была месть,
Не мстишь - теряешь уважение.
Была и в детских играх смерть
И слала мать их без сомнения.

Заставить викинга нельзя
Под страхом смерти, грубой силы -
Бесчестие ему принять
Страшнее было, чем могила.

Ему откажут все друзья,
Семья навеки отвернётся,
Жену найти будет нельзя
И кровью оплатить придётся.

У викингов был рай - Валгалл,
Жить продолжал в своих потомках
Коль честь свою не замарал,
Коль жил, как викинг. Пусть недолго.

Служил тот кодекс лишь для равных,
А для рабов и дикарей
Любой поступок будет славный:
Насилуй, укради, убей!

Потомки Рюрика - варяги,
Нашедшие в России крышу,
Вели себя совсем иначе -
Тот знает, кто историей дышит.

Хуторянский Оскар

Валькирии на поле брани.
Вокруг – поверженная рать.
Один боец смертельно ранен,
Но не согласен умирать.

Он в полубреде им поведал
Свое желанье сгоряча:
"Одну, еще одну победу
И кровь на лезвии меча!"

И что же? Девы удивились,
Взмахнули веерами крыл
И без одной души явились
В Вальхаллу к Одину на пир.

 

Под флагом "ворона" шёл викинг
И враг конечно трепетал -
Над трупами ведь он кружится,
Клюёт он трупы, каждый знал.

"Весёлый Роджер" у пиратов
Внушал намного меньше страх.
Не знали шуток и без страха
Шёл викинг, сильный - значит прав!

"Иду на Вы!" - тот ворон значил.
Готовьте свежие гробы!
Из закромов, из всех заначек
Всё отдаётся без цены.

А также дочери и жёны
Не скажешь викингу - "нельзя!"
Топор закончит ваши стоны
И будет пир для воронья.

Флаг вышит был из чистой шерсти
Женой того, кто вёл корабль
И эта птица - символ смерти
Набега знамя - знали встарь.

Так ворон, голова дракона,
Что видны всем издалека,
Сигнал давали - "викинг, вот он!
Прощайся с шеей голова."

Хуторянский Оскар

Он встал на утесе; в лицо ему ветер суровый
Бросал, насмехаясь, колючими брызгами пены.
И вал возносился и рушился, белоголовый,
И море стучало у ног о гранитные стены.

Под ветром уклончивым парус скользил на просторе,
К Винландии внук его правил свой бег непреклонный.
И с каждым мгновеньем меж ними все ширилось море,
А голос морской разносился, как вопль похоронный.

Там, там за простором воды неисчерпно-обильной,
Где Скрелингов остров, вновь грянут губящие битвы,
Ему же коснеть безопасно под кровлей могильной,
Да слушать, как женщины робко лепечут молитвы!

О, горе, кто видел, как дети детей уплывают
В страну, недоступную больше мечу и победам!
Кого и напевы военных рогов не сзывают,
Кто должен мириться со славой, уступленной дедам.

Хочу навсегда быть желанным и сильным для боя,
Чтоб не были тяжки гранитные, косные стены,
Когда уплывает корабль среди шума и воя
И ветер в лицо нам швыряется брызгами пены.

Валерий Брюсов

Солнцем северным играя,
У Вальхаллы на брегу
Сталь сверкает голубая,
Словно искры на снегу.

Меч мой верный, ты Отважным
Прозван дедом был не зря:
Ты свистишь, от крови влажный,
Впереди добычу зря.

И когда-нибудь потомки
Сложат песню о тебе,

Откопав твои обломки,
Заржавевшие в борьбе.

Тишина поле битвы с рассветом устлала,
Впитала земля пролитую кровь,
Викингов души уходят в Вальхаллу
В объятьях Валькирий, где встретятся вновь.

Храбро сражались и пали достойно
Во славу Богов, по велению Рун.
О'дин устроит пир великий для Воинов,
Где вкусят они мёд Священной Хейдрун.

Под бой барабанов и скрежет металла,
Чтоб факел победы над миром раздуть
Викингов души уходят в Вальхаллу,
Уходят герои в последний свой путь.

В Асгарде Небесном средь дворцового зала
Ждёт долгожданный блаженный покой,
Викингов души уходят в Вальхаллу,
Возвращаются Воины с победой домой.

Тишина поле битвы с рассветом устлала,
Впитала земля пролитую кровь,
Викингов души уходят в Вальхаллу,
Чтоб для новых побед вернуться им вновь.

Пронин Станислав

Корабль-Дракон или Драккар
Незаменимым был в походах -
Для стран прибрежных просто страх,
Шёл в океане, в мелких водах.

Для викингов корабль-мечта,
С симметрией кормы и носа,
Дракона часто голова
Была понятна без вопроса.

И с берега издалека
Казалось впрямь плывёт по морю
Дракон морской. Что там река?
И с океаном он поспорит.   

Прямоугольный парус был
И три десятка вёсел парных.
Узлов двенадцать ход их был!
По скорости не знали равных.

Щиты крепились на бортах
Защитой и для украшения.
Гребцы-солдаты всем на страх
Не знали в битвах поражений.

Шёл ясень и сосна, и дуб -
Те расщеплялися на доски,
Топор и клин, и тяжкий труд
И не построишь без сноровки.   

Сбивались доски те внахлёст
Все деревянными шипами.
В шпаклёвке применялся мох...
В России звали их ладьями.

По солнцу, звёздам и ветрам
Держали курс те мореходы -
По скорости, теченьям, дням
Без карт, сектантов, в непогоды.

А было - птицу выпускали
И плыли, следуя полёту -
К земле дорогу птица знала
Так "компас" викингов работал.

Хуторянский Оскар

Опять разрежут воду весла
Ветрам и холоду назло.
Моя душа давно замерзла,
А сердце снегом занесло.

Взлетают к Одину молитвы,
Пронзая неба пустоту.
Свой смертный одр на поле битвы
За смелость я приобрету.

Мой брат, скорей готовься к бою,
Опустошай, сжигай огнем.
В Вальхалле встретимся с тобою
И эту песню допоем.

Ветер попутный нам в радость
Весла пора отложить
Времени мало осталось
Скоро на берег сходить

Мы плыли при солнечном свете
Скитались при свете Луны
Одина мрачные дети
Мы рождены для войны

Викингов знают повсюду
Лучше сдаваться добром
Если драккары прибудут
Поздно махать топором

Только презрение к смерти
Нас отличает от всех
Это немало, поверьте
В боли почувствовать смех

Светило за море уйдет,
Но звезды путь осветят наш...
Дракон всегда глядит вперёд
Как вечный и могучий страж!

От викинга не жди пощады
И лишь завидив их челны
Добро бросалось; старый, малый
В леса бежали до поры.

"Спаси от норманнов Господь!"
Так триста лет Европы люди
В молитве частой день и ночь
Просили помощь, что не будет...

"Свинья" - известный с школы строй
Был строем викингов обычным
И Невский - русский наш герой
Был с ним знаком, варяг он лично.

Клинообразное строение
Пила, зигзаг - вот первый ряд -
Пробить, сломить сопротивление
Одним ударом - в том варяг.

У викингов все пехотинцы,
На лошади он неуклюж.
Крестьянин он - колоть, рубиться
Вростая в землю только дюж.

Ещё защита есть - "Стена",
Стена щитов. Щиты в фаланге.
Там пять рядов - пробить нельзя,
А первый ряд готов к атаке.

Не самый кровожадный был
Средневековый викинг-воин...
Как много Шарломей убил,
Да и другие много стоят.

Но викинг всё уничтожал
Другой религии, так чуждой.
Монах, крестьянин это знал,
Что викингам и было нужно.

Хуторянский Оскар

Скрылся в налете тумана Скрелингов остров, земля;
Дрожью святой Океана зыблется дрожь корабля.
Море, и небо, и море – к Северу путь без границ;
Дико звучат на просторе крики чудовищных птиц.
Медленно ходят по воле первые дерзкие льды. —
Викингам любо раздолье, дали холодной воды.

Любит безвестности Эрик, далью захвачен варяг
(Где-нибудь выглянет берег, где-нибудь встретится враг!).
Знает он все побережья, всюду рубиться был рад:
С Русью ходил в Обонежье, плавал по рекам в Царь-град,
Грабил соборы Севильи, видел останки Афин...
Парус, развейся, как крылья! Челн, полети, как дельфин!

Анунд, скиталец угрюмый, смотрит на зыби зыбей.
Вольно ширяется дума в волнах, как птица морей.
Истинный викинг ни ночи в хижине дымной не спит,
Истинный викинг не хочет на ночь повесить свой щит;
Пенистый рог не веселье пить среди женщин и дев;
В челнах – всегда новоселье, в волн.

Валерий Брюсов

Берсерки

Того, кто "не кусала сталь",
Кто агрессивный до предела,
Нагой в бою, ничто не жаль,
До ран своих ему нет дела.

Ему завидовал медведь -
Свирепой силе, дикой мощи.
Его не брал огонь и медь
Он первым видел вражьи очи.

Пред боем он входил в экстаз
Напившись мухоморной браги.
Он в сагах помнится не раз
Примером ярости, отваги.

Из них передовой отряд
Дружины викингов был создан
Ударом первым первый ряд
Одним лишь видом стоил полка.

Он знал куда летит стрела,
Полёт копья он знал заранее.
Тем чувствам научить нельзя,
Невольно чёрной веришь магии.

Его боялись и свои.
Корабль отдельный им давался.
Для боя лишь были годны,
Потом он часто изгонялся.

Хуторянский Оскар
_________________

Берсерки были воинами, посвятившими себя Одину – верховному богу скандинавов, к которому отправляются души героев, павших в бою.

Песня про викингов

Собрался однажды отважный отряд
И в путь он отправился морем преград.
Драккары плывут, паруса шелестят,
Щиты на боках у драккара висят.
Под ритм барабанов, что смелость дает
Отряд свой корабль вперед уведет.

Припев:
Гребите, викинги, гребите
Мы вышли на простор морей.
Рубите, викинги, рубите
Отважней нет нас и смелей.

Но вот впереди показалась земля
Там город заветный и цель грабежа
Берите щиты, топоры боевые
Пусть Один ведет нас вперед на врага.
Кипит уже сеча, берсерки ревут,
Враги друг за другом в иной мир идут.

Припев:
Гребите, викинги, гребите
Мы вышли на простор морей.
Рубите, викинги, рубите
Отважней нет нас и смелей.

Окончена сеча и пал сильный враг
И Один ведет за собой в вечный град.
Награблено много, пора уже в путь
Нас земли родные, драккары - зовут
И вновь барабаны гребцов повели,
Гребите же, викинги, дом впереди.

Припев:
Гребите, викинги, гребите
Мы вышли на простор морей.
Рубите, викинги, рубите
Отважней нет нас и смелей.

Как давно ли, иль не давно.. Но гласит одна легенда,
Как в деревне кельтов древних, что лежит в глуши лесной -
Храбрый воин жил отважно, жил на пиво и монеты,
Защищал старух он бедных, и щитом, и головой.

Вот однажды на рассвете, очень грустный и печальный,
В ветхий дом шамана-мага аккуратно он зашёл.
- "Нет сильнее горя в свете! На горе вон той Крахмальной,
Как в рассказах, песнях, сагах - я топорик Тьмы нашёл!

Он как будто меня знает, силы все ушли из тела,
Но прилип он окаянный, словно слизь, к руке моей!"
- "Погоди же..." - отвечает, доставая горстку мела,
И перо вороны драной - той столицы чародей.

Делал вещи он простые, делал, песню напевая...
Мел он высыпал на руку, на топор ложил перо...
Топора углы тупые зазвенели, и сияя -
Тот топор оставил руку и поплыл потом в окно.

Чародей запел вдруг громче, и топор остановился.
Закрутился, засветился, изменился вдруг топор!
Викинг крикнул громко - "Отче!!!", и топор преобразился...
Чародей собой гордился... тот топор послал им Тор!

Остриё точить не надо, рукоять - как мускул бога...
И сияет благодатью, словно в их ночи звезда.
И герои наши рады, дуют в узко горло рога...
Ведь божественной печатью мир пришёл к ним на всегда.

По жёлобу струёю алой
Кровь жертвы выбранной течёт...
Мы начали свой путь в Вальхаллу,
Но наших дней не кончен счёт.

Заждался славной битвы Один...
Яств полон стол, вино - рекой,
И абсолютно каждый воин
Готов здесь обрести покой.

Расколот щит, топор заточен,
Настало время для меча,
Строй, как скала, силён и прочен
Теплом надёжного плеча.

Предчувствие победы скорой
Толкает кровь по жилам течь,
Кружит, наживу чуя, ворон,
Азартно дышит в спину смерть...

Но нет ни страха, ни упрёка,
Удел для викинга таков:
Свой путь короткий и жестокий
Пройти во славу всех Богов!

Из дали грозной Тор воинственный
грохочет в тучах.
Пронес огонь — огонь таинственный
на сизых кручах.

Согбенный викинг встал над скатами,
над темным бором,
горел сияющими латами
и спорил с Тором.

Бродил по облачному городу,
трубил тревогу.
Вцепился в огненную бороду
он Тору-богу.

И ухнул Тор громовым молотом,
по латам медным,
обсыпав шлем пернатый золотом
воздушно-бледным:

"Швырну расплавленные гири я
с туманных башен..."
Вот мчится в пламени валькирия.
Ей бой не страшен.

На бедрах острый меч нащупала.
С протяжным криком
помчалась с облачного купола,
сияя ликом.

Андрей Белый

Мы рождены с мечом в руке.
И наш удел – дорога храбрых.
Весло сжимаем в кулаке –
Нет нас сильней, и нет нам равных.

Мы не воруем – мы – берем
То, что нам надлежит по праву.
Праву – сильного, и, огнем,
Мы сжигаем, что не по нраву.

Храни нас, Один! Веди нас, Ярл!
Добыча с нами, и ждет нас слава!
Веди нас, Один! Храни нас, Ярл!
Нам танец битвы – одна забава!

Наш дом – хранимый волной драккар
И шкура наша сверкает сталью.
Несем с собой мы войны пожар –
Наполним мир ваш тяжелой гарью.

Лишь черный ворон и белый волк
Хвалебную песнь пропоют нам верно.
Лишь вера наша – священный долг –
В бою быть храбрым, в бою быть – первым.

Храни нас, Один! Веди нас, Ярл!
Добыча с нами, и ждет нас слава!
Веди нас, Один! Храни нас, Ярл!
Лишь эля рог нам – одна забава!

Да, не боимся мы умирать. –
Героев, умерших, ждет Валгалла.
И снова – биться и пировать,
Мы станем вновь, средь святого зала.

Пока не грянет последний день,
В былых сказаньях, судьбой воспетый,
Мы будем, словно ночная тень, -
Нести вам ужас, в печаль одетый.

Храни нас, Один! Веди нас, Ярл!
Добыча с нами, и ждет нас слава!
Веди нас, Один! Храни нас, Ярл!
Нам танец битвы – одна забава!

Песня викингов

Велика удача наша,
коли сердце не остыло!
Опустела скорби чаша -
опустела, не убила.

С горьким горем мы поспорим,
не уступим буре рьяной -
над свинцово-серым морем
взвейся, парус наш багряный!

Там, где северные воды
к небу волны воздымают,
Бог победы и свободы
сердцу смелому внимает.

Те, кто знает ввысь дорогу,
не страшатся звона стали,
Бога песенного слога
предводителем избрали;

ждут ли нас чертоги в небе,
ждет ли ночь исчезновенья -
свой мы вытянули жребий,
да не будет сожаленья!

...Велика удача наша,
коль пример героев помним;
опустела скорби чаша -
чашу радости наполним!

Горпенко Ольга

Конунг Харальд поднял всю страну на дыбы,
Объявив, что хочет властвовать один.
Ты же гордым ярлом и бойцом могучим был
В вольном крае фьордов и долин.

И летят гонцы, и поднялся народ
На последний бой с хищным королём:
Кто испробовал хмельной свободы мёд,
Тот встречает королей копьём!

Припев:
Взмах весла - как мощный взмах крыла...
Доблесть далеко от дома занесла:
В Рогаланд плывёшь на битву ты,
На бортах ладьи красуются щиты.

В узком фьорде много кораблей собралось,
Бьются викинги, им неведом страх.
Но и храбрый дрогнет, коль берсерка злость
Выступает пеной на губах.

Припев:
Взмах весла - как мощный взмах крыла...
Доблесть далеко от дома занесла:
В Рогаланд на битву ты приплыл
И едва себя не погубил.

И прошли берсерки конунга Харальда
По ладьей твоей от носа до кормы,
И жестоко тебя изранили -
Был на шаг ты от смертной тьмы.

И бежали все кто куда от беды...
На чужой ладье ты за море плывёшь,
Где куда ни глянь - только мох и льды,
Ни лесов, ни пашен не найдёшь.

Припев:
Взмах весла как мощный взмах крыла...
Доблесть далеко от дома занесла:
Плыть в Исландию вам суждено,
А в Норвегию вернуться не дано!

Певко Дмитрий

Горит багровый закат - но мы ждем рассвета.
Гнев наших сердец ночи не унять.
Смерть за смерть, кровь за кровь -
Месть изведает враг, и некуда бежать...

Братьев, что пали, нам не забыть никогда.
Последнюю почесть воздай, отомсти.
Кровь смыть не успела еще до конца
Земли им родной ключевая вода.

В кровавом бою добывали мы славу
Рубились, и смерть презирали свою
Для всех свое время - то Одина право
Решать, кто будет сражен, а кто жив.

Но завтра лишь мы вершить станем судьбы
И наши мечи, что поют на ветру
Взметнуться, ударят и кровью напьются
Падут те, кто должен от железной руки.

Но то будет завтра, сегодня же встанем
И кубки поднимем за славу и честь
За будущих битв горящее пламя
За братьев. За Одина. За правду и месть.

Песнь викингов

Снова лоб холодит шлема сталь,
Соленые брызги в лицо летят.
Нас кличут викингами, значит едва ль
Есть у нас дорога назад...

На берегу забыли Одина и Тора,
Не хотите верить в Вальхаллу - не верьте!
Отнявшего жизнь не назовут вором,
Ветер попутный и нам, и смерти!

Нас боятся и нас ненавидят,
Нас не ждут никогда и нигде.
И так будет, пока глаза наши видят
След чужих кораблей на воде...

На берегу забыли Одина и Тора,
Не хотите верить в Вальхаллу - не верьте!
Отнявшего жизнь не назовут вором,
Ветер попутный и нам, и смерти!

И не каждый увидит старость -
Нам иная судьба дана:
Погребальным костром станет парус,
А курганом нам будет волна...

На берегу забыли Одина и Тора,
Не хотите верить в Вальхаллу - не верьте!
Отнявшего жизнь не назовут вором,
Ветер попутный и нам, и смерти!

Нет, ни ветер попутный ладьи подгонял,
Ни течение быстрой реки.
Конунг ловкий дружину, гребцов возглавлял,
С жаждой лёгкой наживы в крови.

Или нет в Скандинавии добрых земель?
Или средств не хватает на власть?
Или Один и Тор одобряют набег,
Отчего же тогда не напасть?

Одурманенный верой в загробную жизнь,
Каждый держит себя храбрецом.
Над бродячими вепрями сокол кружит,
Защищая родное гнездо.

Устрашают клыки обнажённых мечей,
Страшен рёв беспощадных убийц,
Но надеется сокол на силу когтей
И пикирует молнией вниз.

Разъярённому вепрю ведь всё нипочём,
Хоть и встретил отважный удар.
Рвал он сокола плоть топором и мечом...
И добычу в ладьи загружал.

Нет, ни ветер попутный ладьи подгонял,
Ни течение быстрой реки.
Конунг ловкий дружину, гребцов возглавлял,
С жаждой лёгкой наживы в груди.

Складнев Сергей

 

Отважный Конунг Рыжий Орм,
Попал с дружиной в сильный шторм,
Ладьи бросало по волнам,
Молились Викинги богам.

К мольбам их Один снизошёл,
И шторм на убыль вдруг пошёл,
Проходит буря словно сон,
И облегченья слышен стон.

Вдали увидели огни,
Туда направились они,
Но враг во фьордах поджидал,
И неожиданно напал.

Издав свой клич - протяжный вой,
Все бросились в жестокий бой,
Вождь храбро дрался на корме,
Мечи сверкали в синеве.

Кого настиг бойца топор,
Иной копьём убит в упор,
Кому досталось по стреле,
Лязг стали слышен был везде.

Свирепых Вендов дрогнул строй,
Навечно обретут покой,
Не видеть больше им родни,
На поле брани полегли.

Дружиной Орма враг сметён,
А предводитель сам пленён,
То схватка славная была
У многих жизни отняла.

С походом каждым больше вдов,
Погибшим гладь морская кров,
Не все вернуться в край родной,
Лишь те - остался кто живой.

Но лучших Один пощадил,
Живых добычей наградил,
Большой достался им трофей,
Ладьи спешат домой быстрей.

Чумаченко Борис

Баллада о викингах

Чёрный парус воздух режет.
Мгла. Темно и скрип реки.
Шутки, меч и злость всё те же,
Гладь штурмуют моряки.
Сила, кровь и битвы рокот,
На корме стоит боец,
Сталь в руке и серый молот
Ждут гостей взять под венец!
Страх, туман и шум прибоя,
Лучник огненной стрелой
Запустил в туман из моря,
Чтоб увидеть берег свой.
Вдруг стрела остановилась
В метрах ста от их ладьи,
В воду все, плевать на сырость,
Горн не спи, своих зови!
Тут же вспыхнули огнива,
Рядом все — не дремлет бой!
"В даль смотреть, какое диво!" -
Вдруг сказал один герой.
Белый лес, чудесный город
Им открылся впереди,
Мясо, дым, будь проклят голод!
Дух войны, давай не спи!
Медленно. Упорно. Шумно.
Викинг меч свой достаёт.
Властно. Страшно. Пьяно – умно,
Он баталии не ждёт...
Варвары с ужасным криком
В город их уже зашли,
Варвары с бесстрашным ликом
В город свой теперь пришли...

Жил-был викинг молодой,
Он резал, грабил, убивал.
И вот прощается с женой,
Покуда в море уплывал.

" – Прощай жена, моя краса!
Уеду я под монастырь.
И там я вздерну монаха
Прям на торчащий в стенке штырь!

Возму я золото себе,
Монеты, кубки, серьги, брошь,
А как вернусь – отдам тебе
Все, что награбил и привез!

И будем счастливо мы жить
Под тенью Одина-отца,
И будем счастье мы дарить
Друг другу в жизни до конца!"

" - Поверь, мой друг! – Поет жена, -
Боюсь тебя я потерять!
Гадала ночью на тебя,
Боялась долго я начать...

Твой волос длинный и льняной
Недолго плавал по воде...
Прошу, останься ты со мной
Наперерез своей беде!"

" - Прости, жена, я не могу!
Не верю я твоим словам!
Клянусь мечом, – я не умру!
С добычей я вернусь назад!"

Раздались крики моряков:
"Быстрее, парни! Злато ждет!"...
Растаял в дымке облаков
Драккар, что викингов везет.

Неделю-две их нес Эгир,
Его жена и девять волн.
Покуда к ночи не прибил
Драккар и храбрых моряков.

Плывет луна средь облаков,
И ветер шелестит в лугу...
Раздались вопли монахов -
Шум моря им принес бойню...

Лилася кровь там, как вино,
Куда ни глянь – кругом тела!
Так было, видно, суждено
Несчастным, бедным монахам!

Но вышел тут один монах,
Одетый в латы и с мечом;
Он махом головы срубал,
Молился мертвым языком.

Схватился в битве наш герой
С суровым, сильным монахом,
Искра летела за искрой,
И жуткий лязг стоял кругом...

Но дрогнула его рука,
Раздался звон – сломался меч.
Одно движенье – голова
Скатилась прочь с могучих плеч!

Монах же тот убит стрелой,
Что метко спущена была.
И тело взял с собой прибой,
И смылось имя на века.

А тело викинга сожгли,
Отправился в Вальгаллу он!
И долго помнили они
О славном подвиге его.

Забрали злато, все сожгли
И погрузили все в драккар.
Несчастье было позади,
А впереди – родной пейзаж.

Но злато разумы мутит
Не только людям, но богам.
Спустились в трюм – драккар пробит,
Сбежали крысы с корабля!

И тут наверх поднялся шторм,
Взбесились волны, все скрипит...
Драккар поднялся высоко
И с силою он рухнул вниз.

Сломалась мачта, весел нет,
Раздались крики моряков...
Все стихло только под рассвет,
Повсюду был покой, простор...

Драккар покоится на дне,
А вместе с ним и моряки.
Так злато действует извне
И на божеские умы...

А вот красавица жена
Стоит у моря день-деньской,
Все мужа долго ждет она,
Седая смотрит на прибой...

Металлургия викингов и плотник Иосиф

Был первый металлург - Вёлюнд
У скандинавов в мифологии
Почётным был кузнечный труд -
Об этом и пойдёт история.

Была "болотная руда"
Для скандинавов безгранична
Железа закиси она
Имела так процентов тридцать.

При обжиге в печах "домницах"
Уйдёт свободный кислород,
От шлака всё освободится,
Когда кузнец его куёт.

Потом идёт его закалка,
Чтоб в результате была сталь -
На меч, топор её не жалко
Не страшно с ними в бой и в даль.

А золото и серебро
Они на камне отливали.
За ними викинг шёл в поход
Монастыри всё это знали.

И молот, как и наковальня
Брались в поход. На корабле
Кузнец починит мечи, сабли
Кольчуга, шлем всегда в цене.

Там даже пилы отливали
Впервые в мире, но пила
Лишь при прокате появилась
Что плотникам была нужна!

Но вы не верьте болтовне
И историческим картинам -
Не знал Иосиф о пиле,
Хотя имел он Бога сыном.

Пятнадцать сотен лет спустя
Прокат придумал Леонардо
И лишь столетия пройдя
Пила появится как надо.

Топор, стамеска, молоток,
Да клинья разного размера -
И всё. Иосиф тот не мог
Пилу иметь, вот в этом дело.

Хуторянский Оскар

Застыл драккар, вспоров песок прибрежный.
Вернулся ярл с дружиной из-за моря.
И викинги уставшие – небрежно –
Добычу разгружают, громко споря.

Удачен рейд – добром забиты трюмы,
И пало только двое воинов на битве...
Но, молча ярл стоит на берегу, угрюмый,
Взывая к Одину в неистовой молитве...

Над лесом, за которым пряталась усадьба,
Клубится черный дым горящего пожара.
Недавно только там игралась свадьба...
Неужто и его настигла злая кара?.

И нет встречающих... Оставив кораблю охрану,
С дружиной ярл спешит к родному дому.
Предчувствуя всем сердцем злую рану...
Но все ж надеется исходу он иному...

Но – нет – не суждено надежде сбыться.
Сгоревшие дома и трупы взору видны...
И та, которая ждала – не возвратиться...
И мысли так жестоки и обидны...

Ты нес огонь и кровь, тому, что видел.
И вот тебе вернулась твоя доля...
Сейчас бы ты себя возненавидел,
Но боги заберут свое – на все их воля...

Вернулся ярл и молча встал у моря...
Суровая печаль накрыла мысли.
Нет, никому он не покажет горя.
И викинги на веслах уж повисли...

Пора вперед - искать судьбу сначала.
Пропало все, ушла твоя любовь,
Лишь чайка над волною прокричала...
И ты уйдешь, неся огонь и кровь...

Над дальним фьердом ветер все выл.
И старого Торира внук спросил:
"Скажи-ка мне, дед, какой же был
Самый славный поход, что ты пережил?"

Задумался Торир, смотря на очаг,
Рог с пивом в руке забыт.
"Я многожды видел, как падает враг,
Сраженный копьем пробит.

Не раз рука играла щитом,
А секира крушила хребет.
И ни разу я не был сражен врагом,
Пережив сто битв и побед.

Норвежских викингов в море встречал,
Бил свеев посреди равнины.
Как фриза меч рубит я знал
И как бьются англов дружины.

И в славный поход из года в год
Устремлялась наша лодья.
И пал предо мной и эст и гот,
Познав сталь моего копья.

Добыли мы злато и серебро
И добрых франкских мечей.
И руны гадатель нанес на ребро,
А скальд - хвалебных речей.

Но я не солгу перед сим очагом
И все расскажу как есть.
Не престало бегать перед врагом,
Позорней лишь ложь и лесть.

В тот год все сулило удачный поход,
Нас гнало дыханье ветров.
Мы были тогда уже у ворот
И засыпали вражеский ров.

Но навстречу нам из-за крепи забрал,
Средь мечей и багрянца щитов,
Мы узрели хищный, лютый оскал:
Вышла стая матерых волков.

Я вернулся домой и привез к очагу
Память о вражьей стреле.
И я не желаю даже врагу
Биться с волком на их земле.

Но не престало воину винить судьбу
И мы вновь собрались в поход.
И снова покинув усадьбу свою,
Мы держали путь на восход.

Мы шли вдоль заливов и берегов,
Ветер фьердов вперед нас гнал.
И вот за одним из тех островов
Зоркий сокол нас поджидал.

В битве сошлись лодья к лодье
Две птицы: сокол и вран.
И алая кровь пролилась по воде,
Наш хёвдинг упал от ран.

Много виков было за те года,
Но не было тех славней,
Когда вместо злата и серебра
Привез я шрамы от вражьих мечей."

Надолго умолк Торир - ярл.
Внук молча не торопил.
И старый воин свой взгляд поднял
И громко проговорил:

"И я гордо могу о том говорить,
Рассказать тебе - это мой долг.
Помни внук, дана смог победить
Вендский Сокол да Лютый Волк.

Железнобокий Бьёрн (IX в.)

Железнобокий Бьёрн - легенда,
Он бывший Швеции король
Добыл он викингам победы
На Гиблартаре в дикий зной.

Марокко грабил он безбожно,
И разорил почти Прованс.
Его монета вам возможно
Идею лучшую подаст.

Что христиане, мусульмане
Различия не делал он.
Он знал одно, что не варяги
Иль викинги их языком.

Гружённый серебром и златом,
Рабами, прочей ерундой
Италию, Францию грабил с смаком,
С стратегией для них иной.

Я верю, что не знал Гомера -
Троянский конь ему был нов,
Но трюк похожий, очень смелый
Печать оставил тех веков.

Он притворился очень мёртвым
И братья в церковь гроб внесли,
Что, мол крестился и достойно
Хотел, до Бога он прийти.

Затем "воскрес" он очень быстро
И всё, как описал Гомер...
Всё было кончено и чисто
Тот город очень поредел.

Три года он провёл в походе,
Дыбычи же на тысячу лет...
Стал королём, жил без трвоги.
Сейчас героем стал монет.

Хуторянский Оскар
____________________

Бьёрн Железнобокий — полулегендарный король Швеции, живший в IX веке. - сын короля Рагнара Лодброка, живший в 9 веке. За необыкновенную стойкость и выносливость в бою отец дал Бьёрну прозвище "Железнобокий", под которым он и вошел в историю.

Эйрик "Кровавая секира" (885-954 гг.)

Конунг Харальд считал его
Своим любимым самым сыном
И не скрывал от всех того,
Преемник есть уже - он выбран.

Высок красив и статью знатен,
Но необузданно жесток,
Что даже в викингов понятиях
Ему положен долгий срок.

Женой - прекрасная Гунхильда,
Нет красивее, нет умней...
Но жесточайшей ведьмой слыла
Средь окружающих людей.

Король Харальд бвл простодушен,
Но колдунов он не любил...
И вдруг, доносят прямо в уши,
Что есть колдун - его же сын.

Старшой сынок и брат Эйрика
Жил в стороне большой дороги
Рейнгвальдом звался, ну а кличка
Ему была как: "Прямоногий".

Эйрике самый первый подвиг -
Он сжёг брательника с семьёй.
За это был положен орден,
Он обошёлся лишь молвой.

Потом убрал других он братьев,
Родная кровь на топоре.
Братоубийство - есть занятие,
Что не подходит вам и мне.

"Топор Кровавый" иль секира
Напрасно так не назовут
Все клички викингов по чину,
Князей в Руси припомним тут.

Погиб Эйрик в войне в Ирландии -
Пал жертвой викингов других...
Его жена, собрав тех мальчиков
За смерть его казнила их.

Хуторянский Оскар

Эрик Рыжий (950-1003гг.)

Гренландии перво-открыватель
И папа ихнего Колумба
Норвежец и герой Исландии,
Убийцей был - такая штука.

С семьёй был изгнан из Норвегии
Поскольку пойман на убийстве.
В Исландии всё же было мнение,
Что он притихнет, усмирится.

Но есть желание, есть природа
И снова два свежайших трупа...
Теперь он изгнан на три года
Туда, полёты птиц откуда.

На вёслах триста километров
С семьёй, рабами и скотом
Он плыл сквозь льды и против ветра
В Гренладии построил дом.

Три года пролетели быстро
На острове, ну ни души...
Назвал тогда его он Greenland -
Зелёный остров... Не скажи.

Мне он зелёным не казался,
Хоть на дворе июль стоял.
В полыни айсберг отражался
И мха растительный покров.

Вернулся временно в Исландию
И начал всех их убеждать,
"А ну махнём со мной в Гренландию!
На что тебе отец и мать!"

Привёз он первых поселенцев
Для них тогда - планета Марс!
Крупнейший остров. Слабым сердцем
Похоже жизнь была не квас.

Хуторянский Оскар
_____________________

Эрик Рыжий (950—1003), также известный как: Эйрик Рауда, Эйрик Рыжий, Эйрик Торвальдсон — скандинавский мореплаватель и первооткрыватель, основавший первое поселение в Гренландии. Прозвище "рыжий" получил за цвет волос и бороды. Отец Лейфа и Торвальда Эрикссонов, доколумбовых первооткрывателей Америки.

Хуторянский Оскар

Лейф Эриксон

И наконец, один герой,
Кто знаменит не грабежами.
Его открыте - не простое
Лежит под нашими ногами.

Теперь, кому читать не трудно,
Мы знаем это все подробно,
Что анекдоты про Колумба -
Уже неправильная хохма.

Что были викинги-герои
За пять столетий до прохвоста!
Они открыли берег здешний
И было это очень просто.

Так вот - Лейф Эриксон есть тот,
Кто самым первым европейцом
Сошёл на землю. Принял порт
И корабли и их владельца.

Ньюфаундленд и Лабрадор,
Мы там недавно побывали
И твёрдо знаем - есть и порт
И викингов следы видали.

Хоть дальше дело не пошло,
Ведь Лейф всегда был очень скромен,
Но есть статуя, есть число
И имя, кто того достоин.

Хуторянский Оскар
_______________________

Лейф Эрикссон Счастливый (исл. Leifur Eiriksson; ок. 970 — ок. 1020гг.) — скандинавский мореплаватель, который первый посетил Северную Америку за пять столетий до Христофора Колумба. Правитель и креститель Гренландии. Сын викинга Эрика Рыжего, первооткрывателя Гренландии.

Мерцающий Биврёст, божественно прекрасный,
Зовешь ты славных викингов с собой,
Там ждет Великий Один, беспристрастный,
Даря им вечный пир и вечный бой...

Как сладко пить меда' в святой Валгалле!
И биться сотню раз, разя врага в строю!
И снова падать мертвым, просыпаясь в зале,
И с Дикою Охотой гнать судьбу свою...

И будет так до дня, пока над миром
Хеймдалль не протрубит в рог Гьяллархорн.
Нагльфар плавет... И Локи правит стиром.
Исполнятся в тот час все предсказанья Норн.

Владыка Один пал, и сожран был Фенриром,
Метнул свой Мьёлльнир в Йормунганда Аса-Тор.
И ты падешь вслед за своим кумиром,
Сжимая до конца зазубренный топор...

Ещё не все мечи в той битве затупились
И паруса нам ветры не порвали
Недолго ж вы ругались и рубились
А мы ведь вас давно предупреждали

Река кровавая и трупов по колено
Трещат хребты холопов от поклажи
Пожарищ пламя отражают шлемы
И нет для нас прекраснее пейзажа

Зачем бежать от нас как от чудовищ
Вам всё равно всё это не поможет
Стена щитов, затем горы сокровищ
И Нифльхейм увидит ваши рожи

А конунг ваш уж ни на что не годен
Он держит меч как красная дивчина
Над нами реет ворон с нами Один
И в бой идёт урманская дружина

От диких фьордов, от гулких скал,
От северных берегов
Норманский ветер ладьи погнал,
Надул щиты парусов.
В Валгалле Один пиры вершит,
Валькирий тени кружат...
Но светят звезды в ночной тиши,
И нет дороги назад.

Сильны мы телом, и вольный дух
Теснит горячую грудь...
Вдали от жен, матерей, подруг
Найдем великий наш путь.
Будь смел и честен, не опускай
Обветренного лица.
А если смерть призовет - пускай,
Смотри ей прямо в глаза!

В Валгалле встретит тебя почет,
Войдешь в высокий чертог,
Хугин взлетит на твое плечо,
А Фреки ляжет у ног.
Но если дрогнет норманский дух,
И страх лишит тебя сил,
То Хель раскроется царством мук
Под ясенем Игдрасиль...

Подземный мир растворит уста,
И Гьёлль потоком сверкнет,
А дева Модгуд сойдет с моста,
В ад небрежно толкнет...
Пирует Один, пирует Тор -
Суровы лица богов.
В твоих руках твой приговор -
И жизнь, и честь, и любовь...

Героев ждет Валхаллла!

Кириевская Людмила

Удар весла, еще удар,
и кормчий стир вдавил.
Уже горит войны пожар,
Ярл жертву подарил.
Великий Один бросил взгляд
На поле битвы той,
Валькирии уже летят –
Грядет смертельный бой.
И гром ударов по щитам –
Все викинги в строю.
И даже волны стихли там –
Ждет ярл судьбу свою.
Драккар идет наперерез
Драккару твоему
И стрелы молний бьют с небес –
Тор разгоняет тьму.
Удар бортов – багры взвились,
Притягивают смерть.
Бьют лучники с кормы – пригнись –
Начнется круговерть...
О, Танец Смерти! Свист меча!
И враг перед тобой!
Наотмашь рубишь ты с плеча –
Его глава долой!
Вот новый враг своим щитом
Отводит твой удар,
Увидишь ли свой отчий дом? –
Ведь ты еще не стар!
Почетна смерть с мечом в руке –
Героев Один ждет.
И кровь алеет на клинке,
Валькирия зовет.
Но ты сильней – еще один
Повержен враг тобой.
Ты – этой битвы властелин.
И ты храним судьбой!
Восторженный Валькирий взгляд
Жжет сердце как огонь.
Удар твой – молнии разряд,
Крепка твоя ладонь!
Не затушить войны пожар,
Не в силах никому.
И вновь наносишь ты удар
Сквозь дым, сквозь кровь и тьму.

Черные крылья птицы Одина
Закрыли солнце, летят над миром.
Железное братство черного ордена
Охватит землю кровавым пиром.

Море бушует – грозные волны
Несут дракона войны с севера.
Натянут парус – ветрами полный,
Тяжелый скрип мокрого дерева.

Суровая песнь из хриплых глоток
Перекрывает грохот бури.
Если ты слаб, душою кроток –
Беги, спасайся, глаза зажмурив.

Огонь сигнальный уже пылает.
Железный колокол бьёт тревогу.
В глазах – ужас. Сил лишает.
Молись, трус! Забывшему богу.

Стальные псы извечной войны,
Броней сверкая, сошли на берег.
Холодной, темной страны сыны.
Каждый – в меч и отвагу верит.

Сила дикая, гнев стихии,
Неумолимо в огонь бросает.
Клич яростный, песнь валькирий,
Танец битвы вновь начинает.

Время пришло – рок узреть.
Злые руны рисует море.
Черный дракон несет смерть.
Горе, слабейшему. Горе.

На смерть, а не жизнь сражается яро
Викинг-Берсерк.
Крови на мечах, на щитах ему мало -
Он жаждет побед.

Чужих драккаров сомкнулся строй -
Крепче сжимай топор.
Победа иль смерть, в Вальгаллу домой -
Сулит славный бой.

Яростно викинг врагов разрывает
Топор свой топит в крови.
Норманна ни пытки, ни боль не пугают.
Лишь Один ему господин.

Не знает пощады, жалости, мести
Злобный Берсерк.
Сердце горит его пламенем мести -
Остался один он из всех.

Семью перебили проклятые франки,
Дружина гибнет в бою.
Берсерк до последнего с волчьим оскалом
Будет стоять в строю.

Сражаясь неистово с остервененьем
За веру в Богов,
Лишь только окутанный смертью забвеньем
Сложить свой меч он готов.

Но враг не сдаётся, он хитрый и сильный.
Норманн один против всех.
Он ранен, в крови уже бьётся бессильно,
Не видя помех.

Упал он и Одина славное имя
Кричал подлецам.
Но видит он крылья - спустилась Валькирья -
Пора к праотцам.

И двери Вальгаллы щедро раскрылись
Берсерку - бойцу.
На славном пиру брагу с братьями пили,
Вторя певцу.

А старенький скальд уж слагает легенды
О подвигах их.
Героев-бойцов и воительниц смелых
Никто не забыл.

И северный ветер печальною песнью
Вторит холодом им:
"Уж лучше в бою пасть с нетронутой честью,
Чем пленным остаться в живых".

 

< Стихи о Стокгольме   Стихи о Скандинавии >
Источник: http://chto-takoe-lyubov.net/stikhi-o-lyubvi/kollektsii-stikhov/13466


Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Викинг, с днем рождения - Форум Бурмистр. ру - форум о ЖКХ (управление.) - Это приглашение перевод на английский

С днем рождения викинг С днем рождения викинг С днем рождения викинг С днем рождения викинг С днем рождения викинг С днем рождения викинг С днем рождения викинг

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ