Отрывки стихотворений в прозе


Тема №7

^ РУССКАЯ ДЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XVIII ВЕКА

План

1. Детская литература первой четверти XVIII века


  • Продолжение традиций XVII века

  • Первые детские книги XVIII века

  • «Юности честное зерцало»

  • Феофан Прокопович. Личность писателя, его педагогические взгляды и детские книги

2. Детская литература середины XVIII века. «Наставление сыну» Г. Н. Теплова (1760, 1768)

3. Русская детская литература последней трети XVIII века


  • Н. Г. Курганов (1725—1796) и его «Письмовник»

  • А. Т. Болотов (1738—1833)

  • «Детская философия» (ч. 1 — 1776, ч. 2 —1779)

  • А. Т. Болотов как организатор первого детского театра

  • Пьесы и стихи А. Т. Болотова для детей

4. Произведения Екатерины II для детей

5. Н. И. Новиков (1744—1818) и детская литература


  • Издательская деятельность Н. И. Новикова для детей

  • Журнал «Детское чтение для сердца и разума» (1785—1789)

6. Н. М. Карамзин (1766—1826) как детский писатель

  • «Анакреонтические стихи»

  • Повесть «Евгений и Юлия»

  • Детские сказки Карамзина

  • «Илья Муромец»

  • Карамзин в чтении детей и юношества

7. Радищевские идеи в детской литературе. Н. Н. Сандунов (1768—1832) и его драма «Солдатская школа»

Детская литература первой четверти XVIII века

Древнерусская литература для детей явилась почвой для детской литературы последующих эпох. Ее достижения были развит в первую очередь в XVIII веке, в истории которого отчетливо выделяются три периода: 1) первая четверть столетия; 2) середин; века (с 1726 по 1768 г.); 3) последняя треть века.

Первый период совпадает с царствованием Петра Великой: эпохой глубоких реформ во всех областях экономической, политической и культурной жизни. Для грандиозных преобразований нужны были образованные и творчески мыслящие люди, способные перенимать передовой опыт, привести в движение внутренние силы страны: наладить производство, строить города, корабли, вооружать армию, повышать урожайность, осваивать пустовавшие земли. Решение этих задач сопровождалось развитием просвещения, науки и культуры, в том числе и детской литературы.

^ Продолжение традиций XVII века

В детской литературе XVIII века ощущается тесная, преемственная связь с XVII веком. Продолжают издаваться детские книги. Так, 8 раз переиздавался «Синопсис», 7 раз — басни Эзоп 5 раз — «Повесть об Иване Воине» Кариона Истомина. В 1717 вторым изданием вышел его «Лицевой букварь». В 1721 г. с новы предисловием вышла грамматика Мелетия Смотрицкого, впервые изданная в Москве в 1648 г.

Однако печатные экземпляры не удовлетворяли потребности них, переизданные книги размножались и рукописно. Некоторые произведения, широко распространявшиеся в XVII веке рукописи теперь выходят в печатном виде. Так, несколько раз издавал трактат Эразма Роттердамского о правилах поведения для детей издаются скорописные азбуки и другие книги XVII века.

Некоторые произведения, вошедшие в круг детского чтения XVII веке и раньше, претерпевают значительные изменения, основательно перерабатываются, делаются более увлекательными и доступными для детей. Так, повести об Азовском осадном сидени Бове Королевиче, Еруслане Лазаревиче и др. были переделаны сказки и широко распространялись как в рукописном виде, так через лубок. В течение XVIII века было издано для детей не менее 400 книг. Широкое распространение имели среди юных читателей вновь составленные рукописные книги, в числе которых были разнообразные сборники, куда входили былины, повести, арабские и западноевропейские сказки, рассказы, драматические и научно-познавательные произведения.

^ Первые детские книги XVIII века

В детских книгах начала XVIII века отражается причудливое смешение старого с новым. Многие авторы хотели следовать реформам Петра I, но не могли избавиться от груза старых понятий и порой даже не замечали, как противоречили себе, защищая противоположные позиции.

Так, в 1701 г. был издан «Треязычный букварь» Федора Поликарпова, сменившего Кариона Истомина на посту управляющего Московским печатным двором. «Треязычный букварь» 1701 г.— богато иллюстрированная детская книга с большим количеством стихотворений, написанных составителем. Почти весь учебный материал для него был заимствован из «Большого букваря» Кариона Истомина. Свою книгу Ф. Поликарпов предназначал для «первоначального, детского воскоподобного ума», которому любая книга ценнее «чистейшего злата и каменей драгоценных».

Идейные позиции автора наиболее ярко отразились в предисловии. Он советовал детям питаться «сосцем латинской мудрости», о чем в XVII веке нельзя было даже заикаться, но в то же время предостерегал их от чтения Цицерона, Сократа, Овидия, Вергилия, а особенно смехотворных басен Эзопа. Вместо них он предлагал украситься «цветословием» церковных писателей.

Дополнением к «Треязычному букварю» в 1704 г. Ф. Поликарпов издал «Лексикон треязычный», который служил незаменимым учебным пособием вплоть до конца XVIII века. В лексиконе было немало слов из живого разговорного языка, в том числе просторечий типа «сынок», «внучек», «голубок» и т. п., которым не было места в книгах XVII века.

Постепенно ветхозаветные понятия уступают место новым взглядам. Так, Ф. Поликарпов в 1721 г. принял участие в переиздании грамматики Мелетия Смотрицкого. В первом московском издании .1648 г. текст М. Смотрицкого сопровождался семью приложениями, которые убеждали читателя в полезности грамматики как главной науки того времени. В новом издании все приложения заменены небольшим предисловием, в котором говорилось, что книга эта предназначена для тех русских детей, которые вскоре будут «различные государства пчелоподобию облетать, чтобы оттуда собирать «благовонные различных учения цветы». Но если они не будут владеть грамматикой, то не способны будут толково изложить приобретенные знания и опыт и сделать их достоянием всей России. Таким образом, перед грамматикой ставились другие, практические цели, продиктованные Петровскими реформами. Если в XVII веке русских людей предостерегали от чтения античных поэтов, как язычников, то теперь отношение к поэтам изменилось. Автор предисловия настойчиво советует молодым людям читать Гомера, Гесиода, Овидия, Вергилия и других античных писателей и «оными удовольствоваться до сытости».

По поручению Петра I Ф. Поликарпов написал также русскую историю для детей. Так воспитанник славяно-греческой академии заменил Кариона Истомина не только на посту управляющего Московским печатным двором, но продолжил и развил его дело в начале XVIII века и пошел значительно дальше в пропаганде гуманистических и просветительских идей. Таким образом, Ф. Поликарпов явился „одним из первых детских писателей XVIII века. В детских книгах Петровской эпохи было много стихотворений. Этим продолжались и развивались традиции XVII века. Хотя в художественном отношении стихотворения не отличались от виршей XVII века и нередко уступали произведениям С. Полоцкого и Кариона Истомина, но в них значительно сильнее звучали гуманистические и просветительские идеи. Так, немало стихотворений было в первом печатном учебнике арифметики, написанном Леонтием Магницким и изданном в 1703 г. Целых 9 страниц занимало, например, стихотворное предисловие, в котором, в частности, говорилось:

Прими, юный, премудрости цветы,

Разумных наук обницая верты,

Арифметике полезно учися,

В ней разных правил и штук придержися.

Гуманистическими идеями были пропитаны как стихотворения, так и прозаическое предисловие. Л. Магницкий еще больше, чем Карион Истомин, восторгался человеком, его величием и творческой силой («О, коль велик есть человек!» Хотя у него «малое око», но оно «толико преудивительно», что «величайшую силу имеет»).

Широкое развитие в Петровскую эпоху получает школьная драма. На основе «Сказания о седми свободных мудростях», созданного в первой половине XVI века и широко распространенного в XVII веке, в начале XVIII века создается «Действо о семи свободных науках», в котором прославляются знания. Содержанием целого ряда школьных драм стали события Северной войны 1702—1709 гг. В них прославлялись победы русской армии, а также Петровские реформы. Так в детскую литературу проникают события последних лет.

Новые задачи, вставшие перед просвещением, привели к поискам более ускоренных приемов обучения грамоте. В начале

XVIII века были открыты общеобразовательные и специальные государственные школы. Значительно возросло количество частных школ, а также число обучающихся на дому. Для удовлетворения нужд учащихся необходимы были новые педагоги и учебные пособия.

Одним из таких учителей был преподаватель математики открытой Петром Навигацкой школы в Москве Леонтий Магницкий, который сначала был назначен помощником приглашенного из Англии профессора, но вскоре превзошел иноземца своими знаниями и педагогическим мастерством и написал превосходный по тому времени учебник.

Чтобы упростить и ускорить процесс обучения грамоте, указом Петра I был введен упрощенный гражданский шрифт. Петр I собственноручно правил первую азбуку, напечатанную гражданским шрифтом, упразднил параллельные буквы и усложнения написания. Только с 1708 по 1725 г. гражданским шрифтом было издано 40 учебных книг.

По данным библиографии, всего книг за первую четверть века было издано 591, из которых, по нашим подсчетам, около 40 (кроме учебников и чисто детских книг) могли войти в круг детского чтения. Это были книги по разнообразным областям знаний.

Новые задачи, стоявшие перед книгоиздательским делом, диктовали авторам не только содержание, но и стиль изложения учебных книг. Большинство из них писали свои книги для более широкого круга, старались привлечь внимание читателя к естественным наукам, заинтересовать ими прежде всего детей. Даже такая, казалось бы, далекая от них книга «Наука статистическая, или Механика» (1722) была написана в традиционной для детской литературы вопросо-ответной форме. В предисловии к ней автор пояснял, что свою книгу он предназначает отрокам (подросткам), поэтому старался писать кратко и понятно, «дабы в науку художества сего вникающим многословием охоты не отнять». Поэтому многие книги, изданные в первую четверть XVIII века, если даже не предназначались для учебных целей, адресовались и подросткам. Перед ними ставились не только образовательные, но и воспитательные цели, пропагандировались передовые гуманистические и просветительские идеи.

«Юности честное зерцало»

Значительным событием в истории детской литературы стало изданное в 1717 г. «Юности честное зерцало», представляющее собой свод правил при дворе, вводимых царем-реформатором. Книга была составлена по указанию Петра I коллективом близких ему людей, возглавляемым Гаврилом Бужинским. Источником для нее служили разные русские и переводные тексты, в том числе трактат Эразма Роттердамского и «Домострой» Кариона Истомина.

По своему построению это типичная детская книга. Первые 30 страниц занимали в ней материалы, взятые из скорописных азбук, характерных для XVII века, куда входили алфавит, слоги и учительные прописи. Но если среди учительных прописей XVII века встречались яркие пословицы, поговорки, остроумные загадки и мудрые изречения, то здесь их заменяли нравоучения, взятые из творений отцов церкви.

Собственно «Юности честное зерцало» делится на две неравные части: 17 страниц посвящалось придворному этикету и правилам для юношества, а 41 — законам «девичей чести и добродетелям». Задача книги — подготовить ловких, проворных, умных и хорошо воспитанных придворных, способных угождать царю и его приближенным.

Основная идея книги: судьба молодого человека зависит не от происхождения, а от его личных заслуг — не была новой, так как широко распространялась уже в последней четверти XVII века.

Книга носила сословный и религиозный характер. В ней подчеркивалось привилегированное положение дворянства, хотя довольно резко критиковались и его пороки. Так, приводя поговорку: «Обещать по-дворянски, а слово держать по-крестьянски», автор оспаривает ее, замечая: «Ныне случается, что охотнее мужику, нежели дворянину, верят».

В «Юности честном зерцале» откровенно, без прикрас рисовались придворные нравы того времени. Так, молодому отроку, взятому на придворную службу, без стеснения давался совет настойчиво добиваться своих корыстных целей, ни с кем не откровенничать, не раскрывать своих намерений и целей. «Кто при дворе стыдлив бывает, оный с порожными руками от двора отходит», — резюмирует свои мысли автор.

Кодекс девичьей чести состоял из 20 добродетелей, среди которых особенно выделялись религиозность, терпение, кротость, услужливость, бережливость, молчаливость, трудолюбие.

Книга не отличается строгим планом, стилевым единством. Об одном и том же говорится в разных местах. Страницы, адресованные юношам, написаны сжато, страницы для девочек — пространны и многословны. Пожалуй, самой большой заслугой авторов книги является язык и стиль изложения, в целом выразительный, образный, местами даже простонародный. Это первая печатная книга для детей и юношества, написанная на живом русском языке, украшенная пословицами, поговорками, меткими выражениями.

Так, не рекомендовалось по улице «рот розиня ходить яко ленивый осел». А вот другие советы: за обедом «сиди прямо, не хватай первый из блюда, не жри как свинья». Или: «Ежели которая девица потеряет стыд и честь, то что у нее остаться может?» «Легкомысленная одежда, которая бывает зело тщеславна и выше меры состояния своего, показует легкомысленный нрав».

^ Феофан Прокопович

Личность писателя, его педагогические взгляды и детские книги

Самый крупный поэт начала XVIII века Феофан Прокопович был также публицистом, общественным деятелем, активным сторонником Петровских реформ.

После окончания Киево-Могилянской академии учился в Польше, а потом в Риме, где пользовался богатейшими собраниями ватиканской библиотеки. По возвращении на родину преподавал в Киево-Могилянской академии физику, математику, геометрию, пиитику, риторику и другие науки, выступал убежденным сторонником и пропагандистом учения Коперника, Бэкона, Декарта и других выдающихся ученых того времени.

В своих поэтических произведениях, в публицистических выступлениях и проповедях Феофан создал восторженные гимны просвещению, науке, культуре, бичевал невежество, пороки феодальной верхушки того времени, лицемерие придворных, которые готовы «похвалить и кашель господина». Образованнейший человек своего времени, Феофан следил за развитием науки, собрал богатейшую личную библиотеку на разных языках, насчитывавшую более 230 тысяч томов.

Феофан сплотил вокруг себя образованных людей и метко назвал этот кружок «ученой дружиной»; он всюду искал молодые таланты, радовался их успехам и помогал им; первым оценил литературный талант молодого Кантемира и приветствовал его сатиры.

Заботясь о развитии просвещения, Феофан открыл в своем доме школу для детей-сирот. Наиболее способных направлял для продолжения образования в Академию наук и за границу.

По личной просьбе Петра I Ф. Прокопович написал две детские книги: «Краткую русскую историю» и «Первое учение отрокам» (первое издание—1721 г.), которое выдержало более 20 изданий.

В большом предисловии к книге «Первое учение отрокам» изложил свои педагогические взгляды. Он утверждал, что все в человеке закладывается с детства. «Каков кто отрок есть, таков и муж и. будет», «От возраста детского, аки от кореня, и добро и зло во все житие течет». Некоторые его педагогические идеи являются продолжением и развитием взглядов Кариона Истомина. Подобно своему предшественнику, Феофан считал, что воспитанием ребенка следует заниматься с самого раннего возраста. При этом образование должно соединяться с воспитанием, наука — с нравственностью. Образованный, но невоспитанный и безнравственный человек намного вреднее безграмотного, так как свои знания и умения может превратить в орудие зла.

Дети, считал Феофан, должны любить книги. Но читать плохие книги или же не понимать прочитанное — «многажды худше и злейше», нежели ничего не читать. Поэтому книги, предназначенные детям, должны быть им доступны.

В России, говорил он, было создано немало книг для детей, «но понеже словенским высоким диалектом, а не просторечием написаны», они были малодоступны, «того ради лишалися доселе отроцы подобающего себе воспитания».

Поэтому сам царь, по свидетельству Феофана, «поболев сердцем о таком несчастии подданных своих», решил «установить в России действительные и необходимые правила воспитания», для чего и повелел «сочинить книжицу эту».

Вслед за предисловием три страницы занимают азбука, слог и числа, как было принято в учебных и детских книгах начиная Ивана Федорова.

В основной части книги толкуются правила христианской морали и известные десять заповедей. «Первое учение отрокам» наш сано в традиционной для детской литературы вопрос о ответнс форме. Главная цель бесед — воспитание беззаветной преданное и покорности царской власти. Автор советует детям «повиноваться указам со всяким усердием и тщанием без роптания», стоять до последнего за честь и здоровье царя смело выступить «против неприятелей, бунтовщиков, изменников и словом и делом; даже л излития крови своей».

Вторая цель бесед — воспитание гуманных чувств, просветительских взглядов: уважительного отношения к старшим, к равны себе, подчиненным и слугам.

Чисто религиозным заповедям Феофан сумел придать гуманистическое звучание. Так, объясняя заповедь «не убий», он говорит, что убивают не только оружием, но и словом, поступком, взгляде когда приводят человека «в печаль, живот ему вредящую», когда начальник отягощает подчиненного безмерной службой», а помещики берут с крестьян непомерные или дополнительные подати «слугам достойного награждения» удерживают, «молодых за молодость» презирают и притесняют.

Продолжая традиции XVII века, Феофан Прокопович наполни, свои произведения актуальным содержанием, придавал им еще более яркую гуманистическую и просветительскую окраску. Все это дает основание считать Феофана передовым человеком своего времени, самым значительным детским писателем первой четверг XVIII века.

Детская литература первой четверти XVIII века обогатилась новыми книгами, разнообразными по форме, содержанию и идей ной направленности, и в то же время опиралась на традиции) XVII века. Она теснее была связана с жизнью, откликалась на актуальные вопросы, отражала некоторые современные события. Являясь следствием Петровских реформ, она играла значительную роль в утверждении и развитии этих реформ и поэтому становилась делом государственной важности. Не случайно лучшие детские книги того времени были созданы по повелению и инициативе самого Петра I.

Признавая огромную роль Петра I в истории России как преобразователя, заслуженно названного Великим, следует отметить многие его преобразования были начаты еще его отцом Алексее. Михайловичем, но проводились значительно медленнее, чем сыном Далеко не все начатое великим реформатором было доведено до конца.

В то же время нельзя проходить и мимо того, что, желая направить Русь по европейскому пути развития, Петр искоренял традиции, не считался с национальными особенностями народа и мало обращал внимания на развитие русской культуры в ее широком понимании. Так, основав Академию наук, царь не выделил ни одного вакантного места по русскому языку, истории и литературе. Поэтому русская литература не получила такого развития в его эпоху, какое она могла бы иметь. Заказав Федору Поликарпову книгу по русской истории, он заплатил автору условленный гонорар, но саму книгу не издал, так как не нашел в ней похвал в свой адрес. Вместо этой книги он заказал подобную двум страсбургским профессорам, которые заполнили свой труд небылицами, так как не видели Россию, но зато щедры были на похвалы в адрес царя.

После казни Сильвестра Медведева, талантливого поэта конца XVII века, обвиненного в соучастии в мятеже в пользу Софьи, неизвестно где скрывался Карион Истомин, боясь той же участи, хотя он ни на чьей стороне тогда не был. Так же разъехались и другие деятели культуры.

Таким образом, кроме книги «Юности честное зерцало», которая не содержала в себе новых идей (главное ее достоинство — живой язык), была создана лишь одна оригинальная русская детская книга — «Первое учение отрокам». Она продолжала издаваться и позднее. Остальные книги были переводными или компилятивными.

И все же детская литература, тесно связанная с просвещением, сделала значительные шаги в первой четверти века и подготовила почву для дальнейшего развития, достигнув вершин в последней трети века. Важнейшее значение здесь имели отход от церковнославянского языка, издание книг гражданским шрифтом на языке, близком живому, разговорному и более доступном детям.

^ Детская литература середины xviii века

Период с 1726 по 1768 г.— самый бедный в истории русской детской литературы. За четыре десятилетия было издано только 32 книги, из которых 26 — переводные и только 6 — оригинальные. В это число входят четыре издания книги «Юности честное зерцало». Новой книгой явилась лишь одна — «Наставление сыну» Г. Н. Теплова.

Из переводных самым значительным был роман Фенелона «Телемах» (1734), который до конца века выходил еще 7 раз (в пяти переводах и переделках). Он имел большой успех и пользовался широкой популярностью. В мемуарах русских людей, детство которых проходило во второй половине XVIII века, неизменно упоминался «Телемах» как одно из самых ярких произведений, оказавших огромное на них влияние.

В 1764 г. впервые на русском языке был издан «Робинзон Крузо» Д. Дефо, который переиздавался позднее в 1774, 1787 и 1797 гг.

«Наставление сыну» Г. Н. Теплова (1760, 1768)

Книгу эту Теплов посвятил своему 13-летнему сыну. По своим жанровым особенностям, целям и задачам она тесно связана с древнерусскими традициями, которые восходят к поучениям.

Григорий Николаевич Теплов (1720—1779) был одним из образованнейших людей XVIII века. Родился он в семье придворного истопника; его наставником был Феофан Прокопович, который дал ему блестящее по тому времени образование. Теплов отличался всесторонней одаренностью, характерной для русских самородков, типичных представителей эпохи Просвещения.

Крупнейший ученый, член Петербургской и почетный член Мадридской академий, видный государственный деятель (фактически президент Академии наук), сенатор, много сил отдавший организации учебных заведений и воспитанию, живописец, композитор (основоположник русского романса), Теплов обладал незаурядными литературными способностями, издал несколько книг.

В «Наставлении сыну» автор ставил задачу показать ребенку «путь прямой к достижению» цели, для которой он «рожден и чем жизнь свою окончить должен». Мировоззрение Теплова складывалось под воздействием философии рационализма. Исходя из этого, он призывает юных читателей укрощать свои страсти и подчинять их разуму.

Основное место в книге занимает изложение основ так называемой частной морали. В ней говорится о положительных качествах, которые должен вырабатывать в себе человек. Религия, общественная мораль (отношение к царю, властям) им не затрагиваются.

Теплов хотел воспитывать честных, добрых, порядочных, приятных в обращении людей, уважающих друг друга, а не ловких и скрытных придворных, преследующих корыстные цели, о чем так заботились составители книги «Юности честное зерцало».

«Наставление сыну» состоит из 21 главы. Каждая из них посвящается разъяснению одного правила. Некоторые из этих правил встречались в «Домострое» К. Истомина, в трактате Эразма Роттердамского «Гражданство обычаев детских» и в «Юности честном зерцале». Но книга Теплова резко отличается от них планом, общим направлением, языком и стилем изложения. Это ком позиционно стройная, мягкая по тону, сердечная и теплая беседе умного, тактичного, любящего и заботливого отца с дорогим для него сыном. Он не угрожает розгами или другими наказаниями не пугает и не упрекает мальчика, а убеждает, уговаривает, показывает ему разнообразные примеры проявления дурного и хорошего в человеке, прослеживает их влияние на судьбу человека I его окружающих. Стиль изложения ровный, литературно грамотный, в меру эмоциональный, оснащенный пословицами, поговорками, афоризмами.

Автор как бы следит за движением мыслей и чувств ребенка старается быть понятным, но не назойливым. Язык его свободен архаичных славянизмов, диалектизмов и просторечий, вполне литературный и доступный детям. В то же время он достаточно откровенен с читателем. Так, нарисовав положительный - образ человека, он заключает: «Скажу тебе правду: в наш век таких людей мало». Но чтобы не разочаровать ребенка и вызвать в нем стремление совершенствоваться, добавляет: «Но приближающихся к ним число довольно найдешь».

Чтение детей середины XVIII века, конечно, не ограничивалось теми немногочисленными печатными книгами, которые были изданы в этот период. Широкое распространение среди них имели и рукописные книги, в том числе былины, западноевропейские и арабские сказки из «Тысячи и одной ночи», книги по арифметике и другим наукам, повести, рассказы. Как и прежде, в детских книгах было немало стихотворений, пьес, которые ставились в домашних театрах.

^ Русская детская литература последней трети XVIII века

Последняя треть XVIII века характеризуется укреплением абсолютизма, расширением прав дворянства, усилением крепостного гнета, многочисленными войнами и победами русского оружия, обострением классовой борьбы и крестьянскими волнениями, вершиной которых явилось восстание под руководством Пугачева. Укрепившаяся абсолютная монархия и ее опора—дворянство для собственного возвеличивания нуждались в науке, искусстве, в литературе, в пышных дворцах, заполненных лучшими произведениями прикладного искусства.

В то же время развивающееся искусство несло в себе идеи века Просвещения. Сама просвещенная императрица Екатерина II переписывалась с великими французскими просветителями, пыталась использовать их славу для украшения своей короны, интересуясь искусством, писала многочисленные произведения во всех жанрах, издавала журналы, чтобы использовать печатное слово для борьбы с дворянской оппозицией.

Прогрессивные деятели эпохи вели скрытую и явную полемику с императрицей и ее сторонниками, распространяя просветительские и гуманистические идеи, разоблачая бесчеловечность и лицемерие двора и господствующего класса.

Вершиной передовых идей того времени, их выражением явилось творчество А. Радищева.

За последнюю треть столетия было издано около 80 процентов всех детских книг XVIII века. Это свидетельствует о количественном и качественном росте литературы для детей, расширении ее тематики, жанровом многообразии, возросшем художественном уровне, обострении идейной борьбы. Зарождаются и формируются новые, достигают высокого уровня известные жанры: рассказ, драма, литературная сказка, повесть, энциклопедии нового типа.

Для детей впервые издаются сборники народных сказок, веселые книжки для забавы и развлечения. Появляются произведения для совсем маленьких детей.

В детской литературе окончательно утверждается новое литературное направление — сентиментализм. В создании произведений для юных читателей принимают участие крупнейшие ученые, писатели, политические и государственные деятели.

В произведениях более четко определяется специфика, окончательно отделяются они от учебной и взрослой литературы, но по-прежнему творчески связаны с ними.

Зарождается детская журналистика. Лучшие произведения для детей входят в круг чтения взрослых, что является новым в истории культуры. Возрастают тиражи детских книг, они издаются не только в столицах, но и в других городах: Курске, Смоленске, Костроме, Владимире, Саратове и т. д.

Наиболее значительный вклад в детскую литературу этого периода внесли Н. И. Новиков, Н. Г. Курганов, А. Т. Болотов, Н. М. Карамзин.

^ Н. Г. Курганов (1725—1796) и его «Письмовник»

Николай Гаврилович Курганов родился в Москве в семье сержанта. Учился в открытой Петром I Математико-навигацкой школе, где его учителем математики был Леонтий Магницкий. После окончания этой школы стал преподавателем астрономии и других наук в Морской академии. Одновременно с этим продолжал свое образование: изучал русскую грамматику, литературу, французский язык. На способного молодого ученого обратил внимание М. В. Ломоносов и пригласил его в состав одной из своих экспедиций.

В 1774 г. Курганов стал профессором математики и навигации в Морской академии. Это первый русский профессор, не учившийся за границей. За 53 года пребывания в этом учебном заведении преподавал самые разнообразные предметы, заведовал библиотекой, сделал ряд научных открытий, написал более десяти книг, в том числе учебники для слушателей академии и для детей школьного возраста. В предисловии к арифметике он писал, что все правила старался изложить кратко, ясно и наглядно, так как «продолжительное и подробное изъяснение причиняет юношеству скуку с нерачением».

Самую большую популярность принесла Н. Г. Курганову книга, известная в литературе под названием «Письмовник»1, выдержавшая 18 изданий. Начинается он «Кратким повестным летописцем», т. е. русской историей для детей. Около ста страниц занимает грамматика, которая, по словам составителя «Письмовника», являлась переработкой для детей «многотрудной грамматики Ломоносова». Далее идут семь присовокуплений (приложений): русские пословицы и поговорки, «Замысловатые краткие повести» (анекдоты, забавные истории, остроумные шутки), «Сбор разных стиходейств» (подлинные русские народные песни, стихи современных русских поэтов), сведения по физике, астрономии и другим наукам, «Русский словотолк» (толковый словарь для детей).

По своей структуре «Письмовник» напоминает рукописные детские книги XVII века для читателей старшего возраста, но по содержанию это новая книга, отвечающая своему времени: в ней отразились передовые идеи эпохи Просвещения. «Письмовник» пропитан демократическим духом, уважением к простому человеку. В нем высмеивались аристократы, крупные чиновники, судьи, служители церкви, иностранцы. Это видно из подбора пословиц, среди которых были: «Близ царя — близ смерти», «Закон как паутина: шмель проскользнет, а муха увязнет», «Как лапотника не станет, так и бархатник не встанет», «Царь далеко, а бог высоко». Просветительским, гуманистическим и демократическим духом пропитаны и «замысловатые повести». Вот содержание некоторых из них:

^ Два аристократа стыдили мужика, который бил своего осла. Тот, сняв шляпу, сказал:

Прости меня, господин осел. Я не думал, что ты им знаком и имеешь у себя таких милостивцев.

^ К мужику подъехали с двух сторон знатные всадники и стали над ним смеяться:


  • На вора ли ты похож или на дурня? — спросили его.

  • Думаю, что между ними,— ответил тот.

Молодой дворянин встретил крестьянку, которая гнала осла в село, и хотел передать с ней поцелуй ее подруге. Та ответила:

^ Извольте сие послать с моим ослом; он туда прежде меня придет.

Таких «замысловатых повестей» в первом издании «Письмовника» было 320, в последующих изданиях их число значительно увеличилось.

Подобно своим предшественникам, Н. Г. Курганов большое значение придавал воспитанию, образованию и детскому чтению. «Просвещение ума подобно землепашеству. Доброе воспитание юношества есть «надежнейший залог благосостояния государства»,— утверждает он. Книга для Курганова — «лучший друг», который «поучает мудрости». Подобные высказывания, разбросанные по всем частям «Письмовника», перекликаются с мыслями Ивана Федорова, Симеона Полоцкого, Кариона Истомина, Феофана Прокоповича. «Русский словотолк» напоминает «Лексис» из детской книги Лаврентия Зизания, а также древнерусские толковые словари-азбуковники.

В то же время «Письмовник» — энциклопедическая книга нового типа, опирающаяся на идеи Просвещения. В ней пропагандировались последние достижения науки, произведения народного творчества. Крестьяне, слуги и другие представители трудового народа рисовались умными, находчивыми, добрыми, а дворяне, духовенство, крупные чиновники и аристократы наделялись противоположными качествами.

«Письмовник» пользовался огромным успехом. Созданный для детей, он вскоре вошел в круг чтения и взрослых. Его читали в детстве А. С. Пушкин, Н. В. Гоголь, В. К. Кюхельбекер, А. И. Герцен, В. Г. Белинский и другие русские деятели науки и искусства конца XVIII — первой половины XIX века. Последний раз был издан в 1831 г. В. Г. Белинский писал, что «для своего времени эта книга — просто золото».

^ А. Т. Болотов (1738—1833)

Типичный представитель XVIII века, энциклопедически образованный человек умеренных взглядов, много "видевший на своем веку, А. Т. Болотов сыграл значительную роль в истории науки, культуры, журналистики. Крупнейший ученый в области сельского хозяйства, изобретатель, художник, гравер, архитектор, лекарь, впервые применивший для лечения электричество, режиссер, балетмейстер, драматург, актер, организатор первого в России детского театра, он прежде всего был писателем, оставившим книги и рукописи, которые могут составить около 500 томов.

Уникальным памятником русской культуры являются его многотомные мемуары, искренние свидетельства очевидца, написанные блестящим, безыскусственным языком,— «Жизнь и приключения Андрея Болотова, описанные им самим для своих потомков». Придерживаясь монархических взглядов, видя в Пугачеве врага самодержавию, Болотов не затушевал его положительные личные качества и не скрыл, с какой симпатией и надеждой смотрели на него крепостные. Требуя от крепостных крестьян безропотного послушания, он в то же время ценил их трудолюбие, сообразительность, резко осуждал помещиков, чиновников и церковников за жестокость, невежество и взяточничество. И в самой Екатерине II видел жестокую помещицу, которая требовала от крепостных больше налогов, чем другие помещики, за что резко осуждал ее.

Болотов дружил с Н. И. Новиковым, сотрудничал с ним, но не; принимал его масонских идей. Одним словом, в личности А.Т.Болотова отразились противоречия сложного XVIII века.

Руководствуясь ленинскими принципами оценки деятелей прошлого, мы должны увидеть в Болотове то новое, что внес он в историю нашей культуры по сравнению со своими предшественниками.

^ Болотов как детский писатель

Органической частью многогранной деятельности А. Т. Болотова являлась литература для детей. С юношеских лет он интересовался вопросами воспитания.

В селе Богородицке Тульской губернии, где Болотов был управляющим имениями Екатерины II, он открыл пансион, где учились его дети вместе со своими сверстниками, детьми окрестных помещиков и чиновников. В пансионе Андрей Тимофеевич преподавал почти все науки, в том числе геометрию, физику, химию, рисование, практическую агрономию, ставил опыты. Для своих учеников написал «Детскую философию» в двух частях, которую читал им после уроков сначала в рукописи, а потом уже печатный экземпляр. Кроме того, он организовал детский театр, для которого написал несколько пьес. Дошли до нас и другие его рукописные книги для детей, в том числе и стихи, которые до сих пор не издавались.

Когда в 1789 г. прекратилось издание новиковского журнала «Детское чтение для сердца и разума», А. Т. Болотов решил издавать новый журнал для детей и подготовил материалы для целого годового комплекта, но после ареста Новикова печатать их воздержался. Вскоре при пожаре сгорели многие его рукописи, в том числе заготовляемые рукописные номера детского журнала.

«Детская философия» (ч. 1 — 1776, ч. 2 —1779)

«Детская философия» была издана Н. И. Новиковым. По содержанию это энциклопедическая книга, а по форме беседы детей со взрослыми — матерью, учителями, соседями, родственниками, гостями, между собой. Она прочно связана с традициями предшествующих эпох, с детскими книгами XVII столетия и с «Письмовником» Н. Г. Курганова. Но в то же время это была книга нового типа.

Если в «Письмовнике» Н. Г. Курганов использовал только грамматику М. В. Ломоносова, то в «Детской философии» все явления природы, сведения по физике, химии, метеорологии, астрономии излагались значительно полнее, доступнее детям, в форме бесед, и соответствовали последним достижениям науки того времени (в них излагались открытия М. В. Ломоносова). Таким образом, Н. Г. Курганова и А. Т. Болотова можно считать активными популяризаторами среди детей научного наследия Ломоносова и его учеников.

Наряду с естественнонаучными вопросами важное место, особенно в первой части, рассчитанной на читателей младшего возраста, занимали проблемы нравственности, взаимоотношений между людьми, которые решались как в просветительском, так и в религиозном духе. Важно отметить, что явления природы рассматривались Болотовым с точки зрения достижений современной ему науки.

В целом «Детская философия» является значительным и оригинальным памятником русской детской литературы, своеобразной энциклопедией знаний, в которой, несмотря на противоречия и религиозный характер, нашли отражение и идеи эпохи Просвещения.

^ А. Т. Болотов как организатор первого детского театра

Болотов страстно любил театр и, как он говорил, «всегда находил в смотрении на сии зрелища отменное удовольствие».

Страсть к театру, увлечение педагогикой, занятия с детьми привели его к мысли организовать театр, где актерами и зрителями были бы дети. Так в ноябре 1779 г в селе Богородицке Болотовым был открыт первый в России театр для детей, в котором сам он выступил режиссером, художником, балетмейстером, композитором, актером, суфлером, бутафором, костюмером и т. п. Сначала он поставил несколько спектаклей по пьесам известных русских драматургов. Ободренный шумным успехом, он решил сам написать пьесу, «чтобы все действующие в ней лица действительно сообразно были и с самими летами, возрастом и свойствами тех людей, которые долженствовали представлять в ней разные роли».

Так появилась первая русская комедия для детей «3алыгала» (позднее название — «Честохвал»), в которой высмеивались лгуны, хвастуны и невежды, а им противопоставлялись прилежные и добронравные дети. Спектакль имел такой успех, что даже столичные театралы пришли в восторг и нашли, что его можно было бы показать в Петербурге. А актеры так удачно исполняли свои роли, что публика не поверила, что это были дети, и по окончании представления потребовала, чтобы их разгримировали тут же на сцене, что и было сделано ко всеобщему удовольствию и восторгу всех зрителей.

В 1780 г. была написана вторая пьеса для детей — драма «Несчастные сироты». Лучшим своим драматическим произведением Болотов считал «Награжденную добродетель» (1781), в которой главную роль благородного и образованного человека готовил он сам. Но прибывший главноуправляющий имениями Екатерины II закрыл театр и пригрозил Болотову царской немилостью. Так драматически закончилась история первого в России детского театра, на сцене которого было поставлено за два года около 20 пьес, в том числе Сумарокова и других драматургов XVIII века.

^ Пьесы и стихи А. Т. Болотова для детей

Болотов написал для детей несколько книг. Среди них особенно выделяются пьесы. Из трех его драматических произведений до нас дошла только одна — «Несчастные сироты», изданная Н. И. Новиковым в 1780 г. в арендованной им типографии Московского университета. По форме и содержанию пьеса эта вполне доступна и интересна детям; происходящие события, судьбы главных героев заставляли юных зрителей следить за действием со вниманием и сопереживать с ними. Современники рассказывали, что все присутствовавшие на спектакле, особенно дети, рыдали.

^ Подросток Серафима и ее маленький брат Ераст осиротели и находятся под опекой дальнего родственника, помещика Злосердова, который решил завладеть богатым их наследством. С этой целью он приказал отравить Ераста, а Серафиму повез в церковь, чтобы насильно обвенчать ее со своим сыном Митрофаном. На их пути встретился граф Благонравов, который, узнав, в чем дело, решил помочь несчастным. Пленившись красотой Серафимы, граф сделал ей предложение, а Ераста пожелал усыновить.

В пьесе чувствуются следы классицизма. Это видно по фамилиям и именам героев и по тому, что некоторые из них наделены или резко отрицательными, или положительными чертами.

В целом же драма «Несчастные сироты» примыкает к новому литературному направлению — сентиментализму: здесь много внимания обращается на внутренний мир героев, их переживания и чувства, не соблюдаются характерные для классицизма три единства и другие его каноны.

Независимо от своей воли драматург приподнял завесу над крепостническими порядками. Особенно удался ему образ жестокого, не ограниченного в своих действиях тирана Злосердова. Не только крепостных, но и членов семьи он наказывает плетьми, арапниками, даже не задумываясь над тем, что кто-нибудь может возразить ему. Такой характер отражает и его речь, оснащенная грубостью и угрозами. «Размучу всех, клочьями полетит мясо, только дай мне дорваться до него»,— угрожает он дядьке Ераста Родивону, единственному заступнику сирот. «Растерзаю мошенника и, подыми за ногу, так о дерево и тяпну. Муками размучу»,— грозит он Ерасту. Появление Злосердова сопровождается в пьесе авторскими ремарками: «Вбегает впопыхах, вопия зверски» и т. и.

Однако Злосердов выступает не как порождение крепостного строя, а как проявление индивидуального характера. Ему противопоставлен добрый и гуманный граф Благонравов, который добивается ареста жестокого помещика.

Пьеса в целом вызывает ненависть к самодурству и произволу крепостников и сочувственное отношение к беззащитным их жертвам.

Болотов написал еще несколько книг, которые предназначал своим тринадцати внукам. Среди них морально-назидательные рассуждения «Утренники», «Старик со внуком», несколько стихотворных сборников. Он сочинял также загадки в стихах. Все эти книги никогда не издавались и дошли до нас в рукописном виде. В своих стихах Болотов изображает природу — растения, птиц, цветы, говорит о чувствах и переживаниях человека, дает детям разнообразные советы. Большинство этих произведений не обладает высокими литературными достоинствами, пропитаны религиозными идеями, но среди них встречаются яркие, удачные строфы и целые стихотворения, отличающиеся точностью образов, звучными рифмами, доступным для детей содержанием.

Болотов отличался беспримерным трудолюбием, невиданной творческой активностью, энциклопедическими знаниями и умениями, страстно боролся с невежеством, выделялся среди современников честностью, искренностью и неподкупностью, хотя не обладал прогрессивным мировоззрением.

В советское время в разные периоды его истории к Болотову относились не одинаково. Так, в начале 30-х годов была издана небольшая книжка очерково-публицистаческого характера. В ней с вульгарно-социологических позиций, без учета исторических условий эпохи, в которую жил писатель, создается искаженный и даже карикатурный образ реакционера-крепостника, начисто отрицается его роль в развитии культуры и науки. Позднее в академическом издании были опубликованы литературно-критические статьи Болотова, в которых явно сказываются передовые позиции писателя, как предшественника реализма.

В послевоенные годы были изданы труды Болотова по сельскому хозяйству с солидными научными комментариями. Стали создаваться работы, в которых освещаются отдельные стороны его деятельности 2.

В 1988 г. отмечалось 250-летие со дня рождения А. Т. Болотова — ученого-энциклопедиста, писателя, педагога, архитектора и деятеля в разных областях науки и культуры. В Институте мировой литературы им. А. М. Горького АН СССР состоялась юбилейная научная конференция, где в серии докладов освещались отдельные стороны его деятельности, анализировались его взгляды, оценивалось его наследие.

^ Произведения Екатерины II для детей

Екатерина II вошла в историю нашей страны не только как императрица, занимавшая русский трон в течение 32 лет, но и как одна из самых плодовитых писательниц, создавшая несметное количество произведений. По подсчетам академика Пекарского, все написанное ею может составить около пяти тысяч томов.

Перед своими произведениями она ставила задачи — воздействовать на общественное мнение и не упускать из-под своего влияния литературный процесс. Не обладая литературным талантом, а лишь незначительными способностями, она сполна использовала свои возможности, чтобы изложить свои знания о России, накопленные за 50 лет, и в прямой или косвенной форме, в произведениях разных жанров, обнародовать свои взгляды на все стороны жизни.

Обладая необыкновенной трудоспособностью, Екатерина II все свои произведения писала сама, а секретари могли исправлять лишь фактические и грамматические ошибки.

Первые печатные произведения императрицы появились в 1768— 1769 гг. В начале 1769 г. она издала первый в истории России сатирический журнал «Всякая всячина». Поздравляя читателей с Новым годом, она написала на первой странице первого номера: «Я вижу бесконечное племя «Всякой всячины». За нею последуют ее законные и незаконные дети. Пусть люди увидят себя не только снаружи в зеркале, но еще и внутренние свои достоинства, начертанные пером».

Страницы журнала заполняла только своими произведениями. С обязанностями редактора и автора справлялась сама, лишь техническую помощь оказывал секретарь Козицкий. Призывая последовать ее примеру, издала указ, разрешая всем желающим выпускать журналы и газеты без цензуры, покупать собственные типографии, а разрешение на издание получать «на имя некоего анонима».

И действительно, вскоре появилась целая семья подобных журналов числом более десяти. Среди них самым боевым оказался «Трутень» Н. И. Новикова с эпиграфом «Они работают, а вы их труд едите». Самые, острые сатирические стрелы Новиков направлял против трутней, какими считал помещиков и аристократов разных рангов. Он вступал в резкую полемику со «Всякой всячиной», делая вид, что имя редактора ему не известно.

В 1770 г. «Всякая всячина» перестала издаваться и коронованный автор стал печатать свои сочинения на страницах «Собеседника», журнала Академии наук, руководимого Екатериной Дашковой под наблюдением императрицы.

Как писательница Екатерина II пробовала писать во всех прозаических жанрах. Бралась за исторические драмы, трагедии, комедии, рассказы, фельетоны, диалоги (разговоры), публицистические статьи, рассуждения, большие по объему исторические записки, обширные мемуары (довела их только до периода вступления на престол).

К числу произведений относят и ее многочисленные письма, большие по объему, как трактаты. В них она пространно высказывалась по вопросам политики, литературы, в частности сатиры, описывала хорошо ей знакомые нравы разных слоев русского общества, рассказывала о государственных делах, о своей жизни и т. п. Резко выступала против иностранцев, писавших небылицы о России, порочившие русских людей, защищала их и себя.

Характерны в этом отношении ее письма к Вольтеру и Дидро, с которыми охотно переписывалась, настойчиво приглашая их в Россию. Им она писала по-французски, другим (значительно реже)— по-немецки. Но основная литературная продукция создавалась ею на русском языке, которым владела неплохо, охотно пользовалась многочисленными пословицами, поговорками, народной мудростью, идиомами.

Выдавая себя за заботливую покровительницу русского народа, она, являясь самой богатой помещицей, владела несметным числом крепостных, однако, как свидетельствует А.Т. Болотов, который был управляющим ее имениями в Тульской и Калужской губерниях, отбирала у своих крепостных значительно большую часть их доходов.

В своих произведениях Екатерина II использовала чужие сюжеты, вплоть до комедий Шекспира, брала их из русской истории из окружающей жизни. Спектакли по ее пьесам, поставленные лучшими режиссерами, богато оформленные, в исполнении талантливых артистов, пользовались шумным успехом среди придворной знати и аристократии.

Особое место среди них занимали комические оперы, при постановке которых широко использовались музыка выдающихся композиторов и стихи разных поэтов. Одна из таких опер — «Федул Кетьми» (1790), являющаяся последним ее произведением, дошла до нас и недавно была поставлена созданным в 1980 г. при Московском государственном университете театром старинной музыки. Среди произведений Екатерины II.были и педагогические. Опираясь на новейшие западноевропейские труды, она считала, что детям при их воспитании нужны особые педагогические и психологические подходы. Исходя из этого, им нужна и специальная по содержанию и по стилю литература, отвечающая их возможностям.

Эти идеи были реализованы в созданных ею восьми книгах, изданных с 1781 по 1783 г.

Формально писала она для воспитания своих внуков Александра Павловича (рожд. 1777 г.) и Константина Павловича (рожд. 1779 г.), но фактически эти книги предназначались для обучения всех русских детей. В число этих книг входят: «Российская азбука с гражданским учением», «Китайские мысли о совести», «Сказка о царевиче Хлоре», «Разговоры и рассказы», «Записки», «Выбранные российские пословицы», «Продолжение начального учения», «Сказка о царевиче Фивее».

По инициативе и при ее непосредственном участии в 1786 г. была издана книга «О должностях человека и гражданина», предназначенная для изучения «в народных городских училищах Российской империи». Основным автором этой книги является живший в России с 1782 г. сербский педагог Теодор Янкович де Мирйево (1741—1814), последователь другого славянского педагога-гуманиста, чеха Яна Амоса Коменского. Называли его в России Федором Ивановичем.

Создавалась эта книга в расчете на школьную реформу того времени. Согласно указу Екатерины II увеличивалось число городских народных училищ, а в каждом губернском городе должна была открываться гимназия, в уездном — прогимназия (неполная Средняя школа). Таким образом, впервые в России создавалась школьная сеть. К сожалению, указ этот при жизни Екатерины II был реализован не полностью.

Произведения самой Екатерины II далеки от детской художественной литературы. В них нет конкретных героев, характеров, а только обозначены пороки и добродетели неких носителей их. Таковы «разговоры и рассказы», которые предлагались детям после азбуки (печатались они крупными буквами с делением слов на слоги). В рассказах есть темы, схематичные сюжеты с назиданием. Так, в разговоре (диалоге) «Любопытное дитя» ребенок, наигравшись, спросил няню, куда он попадет, если пойдет за город. Отвечая на ряд вопросов, няня сказала, что, в конце концов «в моря и земли чужие», «няня ему рассказала о других землях вне России», о том, что «в свете было много различных перемен». И обо всем этом написано в книгах. Ребенок просил, чтоб скорее ему купили книги. Потом он «продолжал прилежно учиться читать, чтоб из книг узнать, чего знать хотелось».

На таком же литературном уровне почти все рассказы для детей. Вот два примера из них. «Одна девочка маленькая очень неучтиво обходилась со служанками и со служителями». Родители, узнав об этом, запретили исполнять ее прихоти. Потом она вынуждена была измениться, «отвадилась повелительным голосом требовать, получая же, благодарила всегда за то, что ей давали».

По-другому вел себя герой следующего рассказа. «Был мальчик красивый и любезный, который был всегда весел»... Не сердился, не плакал, за все благодарил. Когда же ему в чем-нибудь отказывали, «он говаривал: в том воля ваша, я и без того могу жить и забавляться».

Подобные произведения далеки от художественной литературы. Но если рассматривать их в контексте истории русской детской литературы, нетрудно заметить, что они значительно выше таких же произведений XVII века (вспомним «Приглаголание о сыне и матери»). В то же время почти такие же произведения, более развернутые сюжетно, с именами героев, писал в 40-х годах XIX века известный писатель Борис Федоров (сравните его стихотворения «Прилежный Коленька» и «Ленивая Катенька» или рассказ «Молодая яблонька» и др.). Родившийся еще при жизни Екатерины II, Борис Федоров, конечно же, воспитывался на таких произведениях и продолжал развивать их традиции в зрелые годы. Не случайно они были подвергнуты резкой критике со стороны Белинского и Добролюбова.

Из всех детских книг Екатерины II заслуживает внимания сборник «Выбранные российские пословицы» (СПб., 1782). Это первая подобная книга в истории русской культуры и фольклористики. В ней 126 пословиц. Большинство взято из русских скорописных азбук XVII века, где они были помещены в качестве так называемых учительных прописей. Другие заимствованы из «Письмовника» Н. Г. Курганова. Остальные сочинены самой Екатериной или же ее приближенными. Эти пословицы не имели ничего общего с фольклором, а являлись лишь имитацией народных.

Книга «О должностях человека и гражданина» неоднородна по своему идеологическому содержанию. Нетрудно найти в ней места, написанные Янковичем. Так, глава «О союзе родителей и детей», где проникновенно говорится о взаимоотношениях родителей и детей, их обязанностях друг перед другом, несомненно, принадлежит последователю Коменского. Глава «О союзе господ и слуг» неоднородна. Здесь чувствуются отзвуки гуманистического характера, свойственные лучшим страницам книги Феофана Прокоповича «Первое учение отрокам». Но в той же главе то и дело повторяется словосочетание «слуги и рабы».

Наиболее реакционный и крепостнический характер имеет глава «Чем долженствует являть любовь к отечеству простой народ и мещане». Многие параграфы в ней написаны рукой ярого крепостника. «Простой народ», то есть питающиеся хлебопашеством и рукоделием, составляет самую последнюю степень граждан в государстве, т. е. основа государства, весь трудовой народ — самые презираемые существа. Они должны отличаться «особливо повиновением и деятельностью». В государстве должно быть «паче всего всеобщее благо или, по крайней мере, большей людей». Благо не для всех — резко, зато откровенно.

Живой иллюстрацией всех идеологических установок и педагогических требований самой императрицы являются ее сказки, первые произведения этого жанра в истории русской литературы. По своему композиционному построению они напоминают популярный в русской литературе того времени жанр так называемой восточной повести. В них в идеализированном виде рисуется крепостной строй в условиях самодержавия, полная гармония между крепостными и помещиками, царями и их покорными подданными. В центре внимания — идеальные положительные образы представителей царской власти, окруженные счастливым, всем довольным и покорным народом. При этом критикуются некоторые недостатки придворных: их лукавство, двоедушие, лесть из-за корысти и т. п.

Наконец, две сказки — о царевиче Хлоре и о царевиче Фивее — заслуживают того, чтобы их знали не только в курсе истории русской литературы, как произведения для детей, но и как первые литературные сказки в истории русской культуры, пусть и примитивные,— еще и потому, что на них ссылаются русские писатели начиная с Державина.

Участие Екатерины II в создании произведений для детей сыграло определенную роль в истории русской детской литературы. Почти все писатели того времени следовали ее примеру, иногда возражая ей. Скрытую полемику с императрицей можно обнаружить на страницах новиковского журнала для детей, который в какой-то степени появился в ответ на ее выступления.

^ Н. И. Новиков (1744—1818) и детская литература

В 1918 г. В. И. Ленин предложил поставить памятники русским революционерам, писателям, ученым и просветителям. Из числа просветителей XVIII века были в этом списке имена Радищева и Новикова.

Николай Иванович Новиков сыграл наиболее значительную роль в истории русской детской литературы XVIII века. На страницах издаваемых им сатирических журналов «Трутень» (1769— 1770), «Пустомеля» (1770), «Живописец» (1772), «Кошелек» (1774) и др. он развернул острую неприкрытую полемику с Екатериной II и отстаивал ярко выраженные просветительские позиции. В его журналах впервые без прикрас изображалось истинное положение крепостного крестьянства, обличались пороки крепостников, тунеядство верхушки, невежество и обскурантизм привилегированных сословий.

^ Издательская деятельность Н. И. Новикова для детей

В 1779 г. Новиков на 10 лет арендовал типографию Московского университета, где развернул издательскую деятельность в невиданных дотоле масштабах, открыл во многих городах книжные магазины и несколько школ.

В 1789 г. Екатерина II запретила университету возобновлять договор на аренду типографии и тем приостановила деятельность Новикова. В 1792 г. он был арестован и без суда посажен на 15 лет в Шлиссельбургскую крепость, откуда вышел только после смерти Екатерины.

Новиков большое внимание уделял просвещению и считал, что «воспитание есть источник, из которого проистекают благополучие и несчастие народа». Он впервые стал смотреть на педагогику как на науку, всемерно распространял педагогические знания, написал несколько работ в этой области, в том числе знаменитый трактат «О воспитании и наставлении детей для распространения общеполезных знаний и всеобщего благополучия» (1783). Стержнем педагогических взглядов Новикова является воспитание любви к отечеству и благонравия. На детей он смотрел как на «будущую подпору отечества».

В университетской типографии Новиков издал более 60 учебников и примерно столько же книг для детского чтения, среди которых «Краткое начертание всех наук и других частей ученостей», «Краткая психология, или Учение о душе для детей» и др. Книги эти соответствовали достижениям науки того времени, писались ярко, увлекательно и доступно для детей. Их авторами чаще всего были профессора Московского университета, молодые талантливые ученые.

Наряду с познавательными Новиков издавал книги беллетристического характера, занимательные, развлекательные, такие, как «Небольшие сказочки для маленьких детей», «Детский гостинец, или 499 загадок с ответами в стихах и прозе», «Басни в стихах», «Несчастные сироты» и «Детскую философию» А. Болотова.

^ Журнал «Детское чтение для сердца и разума» (1785—1789)

Венцом педагогической деятельности Новикова, одной из самых ярких страниц его просветительской и издательской деятельности и наивысшей заслугой перед историей русской детской литературы является издание первого журнала для детей — «Детское чтение для сердца и разума» (1785—1789), выходившего в каждую субботу как бесплатное приложение к газете «Московские ведомости».

За пять лет вышло 260 номеров или 20 частей. Адресовался журнал детям от 6 до 12 лет. В редакционном заявлении давалось обещание помещать в нем произведения «исторические до натуральной истории касающиеся, моральные и разные другие пьесы, которые, писаны будучи соразмерным детскому понятию слогом, доставляли бы малолетним читателям полезное и купно приятное упражнение».

Новиков рассматривал свой журнал как стимулятор для развития детской литературы и надеялся, что и другие последуют его примеру и будут создавать «маленькие книжки, соразмерные детским силам и понятиям».

В каждом номере помещалось несколько произведений разных жанров: повести, рассказы, пьесы, сказки, забавные истории, басни, загадки, остроумные шутки, яркие зарисовки. Большое место занимали научно-популярные и научно-художественные произведения, знакомившие детей с окружающим миром, природой, с отдаленными странами и народами, с технологией производства вещей и продуктов.

Познавательные статьи писались ярко, образно, в тоне спокойной и ласковой беседы, без сюсюканья и заискивания, без сухого дидактизма. В то же время в художественных произведениях было много познавательных сведений. На первом месте в них стояли идеалы добра и гуманизма, уважение к человеку, к его достоинству, в каком бы звании он ни был.

В журнале не было сухих информационных статей. Даже самая маленькая заметка наполнялась чувствами, вызывала сердечный отклик. Каждый номер — это энциклопедия знаний, морально-нравственных понятий, чувств и литературных жанров. Многие знания сообщались в форме разговоров между детьми и взрослыми.

Уже в первом номере был «Разговор между отцом и детьми», герои которого Софья и Андрей из беседы с отцом узнали, что такое снег, как он образуется. Заодно отец учит их наблюдательности, умению видеть, слушать, замечать и обдумывать. В результате беседы с отцом дети вынесли убеждение, что все четыре времени года хороши по-своему. Из этого «Разговора», возможно, вышел позднее рассказ К. Д. Ушинского «Четыре желания».

Таков же «Разговор между отцом и детьми о громе». Гром рисуется как величественное, прекрасное и естественное природное явление, оказывающее благотворное влияние на здоровье человека и плодородие земли. Объяснение происхождения грома соответствует не религиозным, а научным представлениям того времени. Вполне возможно, что позднее под влиянием этого «Разговора» написаны А. И. Герценом его «Разговоры с детьми».

Больше всего волновали Новикова проблемы гуманизма, уважительного отношения к человеку, невзирая на звания и сословия, В рассказе «Общежитие» отец объясняет своему маленькому сыну Антону, что презирать людей «низкого» сословия — дурно, ибо «богатые без бедных, а знатные без низких прожить не могут». Вскоре Антон на собственном опыте убедился, что крестьянские дети смелее, благороднее и более приспособлены к жизни, чем он. «Уважай всякого человека как человека, какой бы он ни был: богат или беден, знатен или низок», — говорит отец сыну в конце повествования.

В рассказе «Крестьянское состояние» мальчик Феденька, обидевший крепостного, был оставлен отцом без хлеба. Феденька вынужден был извиниться перед крепостным, который на это ответил: «Для меня все равно, как бы ты со мной ни поступил, но для тебя же лучше, что ты стал поумнее». В этих словах старого крестьянина наиболее ярко отразились идейные позиции Новикова.

Журнал воспитывал любовь к труду. Этому посвящены сказка «Бабочка с золотым крылышком, стрекоза с тоненькими ножками и прилежная пчелка», повести в письмах «Переписка отца с сыном о деревенской жизни» и многие другие произведения.

В журнале было много забавных анекдотов, остроумных и смешных историй. Некоторые из них были взяты из «Письмовника» Курганова. Было немало загадок, заимствованных из древнерусских рукописных детских книг.

В произведениях, где ставились проблемы власти, осуждались правители, взошедшие на трон незаконным путем, был намек на Екатерину II.

Представителям дворянства противопоставлялись трудовые крестьяне. Так, в пьесе «Великодушие в низком состоянии» помещик Добромыслов убеждает свою жену, что общение с крестьянскими детьми, честными, стойкими и приспособленными к жизни, благотворно повлияет на сына, с чем она никак не соглашалась. Но вскоре ей пришлось убедиться в правоте мужа, когда крепостной мальчик спас от гибели их сына.

В целом ряде рассказов, небольших миниатюр помещик выглядит в сравнении с крепостным крестьянином жалким и беспомощным. Так, оказавшийся на берегу пруда крестьянин спас тонувшего помещика, а тот даже не сказал ему «спасибо». Когда же увидел плавающую на воде свою шляпу, в ужасе стал звать на помощь и просить спасти шляпу, обещая за это десять копеек. Простодушный мужик удивился, что барин свою жизнь ценит ниже, чем шляпу.

Однако журнал не выступал против крепостного строя. Современный миропорядок рисовался совершенным и не подлежал переменам. Не выступал он и против царской власти, а хотел лишь облагородить взаимоотношения между помещиками и крепостными, ограничить власть царя законами.

«Детское чтение для сердца и разума» воспитывало в читателях самостоятельность, отстаивало их право иметь собственное мнение. В статье «О подражании родителям» автор не советовал детям брать пример с родителей, если у них есть недостатки.

Язык журнала был легким, свободным от славянизмов, просторечий и иностранных слов; он доступен даже детям нашего времени.

Основное место в «Детском чтении для сердца и разума» занимали переводные произведения. Однако переводились они так вольно, что даже имена героев, детали быта, географические названия переиначивались на русский лад.

Сотрудниками журнала были молодые ученые и начинающие писатели: А. А. Прокопович-Антонский, 3. С. Подшивалов (преподаватель Благородного пансиона при Московском университете), А. А. Петров, Н. М. Карамзин и другие. Особенно много сделали А, А. Петров и Н. М. Карамзин.

Журнал пользовался среди читателей огромным успехом. Ни один деятель русской культуры, детство которого совпало с концом XVIII или началом XIX века, не прошел мимо журнала. Более того, многие с удовольствием вспоминали его и в зрелые годы (Белинский, Пирогов, Аксаков и др.). Целыми комплектами перепечатывался он в конце XVIII и в начале XIX века в Москве, Орле, Владимире, Курске и других городах.

«Детское чтение для сердца и разума» оказало огромное влияние на дальнейшее развитие детской журналистики, на повышение научного и художественного уровня детской литературы, на укрепление прогрессивного направления в ней.

Высоко оценивая прогрессивные взгляды и просветительскую гениальность Н. И. Новикова, все же не следует забывать, что он активным деятелем масонства.

Масоны (или вольные каменщики) — это тайное, глубоко законспирированное религиозно-философское общество, появившееся в Англии в начале XVIII века и вскоре распространившееся по всей Европе. В ряде стран оно существует и в настоящее время и насчитывает в своих рядах не менее 8 миллионов человек.

С первых своих шагов масоны стремились создать некую всемирную организацию якобы с целью объединения всего человечества в религиозный братский союз. Однако истинные конечные их цели до сих пор скрываются.

В члены ячеек, называемых ложами, принимаются тщательно проверенные люди, рекомендуемые испытанными членами, достигшими совершенства и высоких степеней иерархической системы. Сам обряд посвящения — это таинственный церемониал с принятием строгих, неукоснительно выполняемых обетов и клятв.

Екатерина II ненавидела и преследовала масонов.

С появлением рабочего класса и революционного движения масоны стали враждебно относиться к нему, а также к национальным интересам. В своих мемуарах А. Т. Болотов, близко общавшийся с Н. И. Новиковым и издававший свои книги в его типографии, рассказывает, что последний пытался не раз привлечь его к «служению новому, второму богу», на что осторожный Андрей Тимофеевич отвечал: «Мне и одного своего русского бога довольно».

В журнале «Детская библиотека для воспитания» влияние масонства могло отразиться разве только в том, что на его страницах предпочтение отдавалось произведениям английских писателей, где зародилось и расцвело масонство. Это было то время, когда самым распространенным языком среди русской аристократии и царского двора был язык французский. Среди высших аристократов считалось дурным тоном безукоризненно говорить по-английски.

^ Н. М. Карамзин (1766—1826) как детский писатель

Николай Михайлович Карамзин был замечательным детским писателем, сыгравшим значительную роль в истории детской литературы. Он написал или перевел для юных читателей около 30 произведений. Кроме того, в круг чтения детей среднего и старшего возраста входили едва ли не все его произведения. Объяснялось это прежде всего тем, что он являлся главой нового направления в истории литературы — сентиментализма, поэтика которого так близка природе детей.

Культ дружбы и нежных чувств, поэтизация природы, внимание к окружающему, повышенный интерес к переживаниям и внутреннему миру человека, его земным радостям — все это характерно для сентименталистов и делает их произведения интересными и близкими детям и юношеству.

На талантливого юношу Николая Карамзина обратил внимание отец будущих декабристов А. И. Тургенев, увез из Симбирска в Москву и представил своему другу Н. И. Новикову, который привлек его к работе в журнале «Детское чтение для сердца и разума». На страницах этого журнала начинающий писатель опубликовал 26 своих и переведенных им произведений, принимал непосредственное участие в подготовке к печати номеров журнала, а с 1787 г. стал фактически его редактором.

Среди переводов Карамзина — повести французских детских писателей Беркеня и Жанлис, о которых позднее положительно отзывался Белинский, поэмы английского поэта Томпсона, пьесы и другие произведения.

Переводы того времени были весьма вольными. Они настолько переделывались на русский лад, что некоторые из них можно считать оригинальными созданиями переводчика. Так, заглавие повести Стефании Жанлис «Вечера в замке» было заменено более понятным для русских детей «Деревенские вечера». Французский маркиз превратился в русского помещика Добролюбова, бургундский рыцарский замок — в деревню Уединенная, а гувернер-аббат стал студентом Своемысловым. Соответственно менялись сюжет, детали быта, стиль и т. п.

Оригинальные произведения Н. М. Карамзина начали появляться на страницах «Детского чтения для сердца и разума» в 1789 г. Среди них особенно выделяются «Анакреонтические стихи», «Прогулка», а также повесть «Евгений и Юлия».

«Анакреонтические стихи»

Это яркое произведение нового литературного направления — сентиментализма. Хотя стихи были посвящены поэтом ближайшему другу, сотруднику того же журнала А. А. Петрову, они близки и понятны детям, так как в них на живом русском языке того времени, свободном от славянизмов, звучными, ритмически стройными строками воспевались природа, дружба и нежное сердце.

Гуляя по рощам и любуясь природой, поэт не может забыть своего друга и обращается с просьбой к ветру лететь в деревню и рассказать о том, как он скучает в разлуке. По его словам, по Ньютону, он пытается разгадать тайны природы, философствовать о жизни и писать стихи, но ничем не может отвлечься так как не обладает талантами, необходимыми для науки. Вместо того он демонстрирует талант нежного сердца и верной дружбы:

Зефир прохладой веет, Зефир! Напрасно мыслишь

И Флору оставляя, Меня развеселить,

Зефир со мной играет, Мне плакать не давая!

Меня утешить хочет; Ты в сердце не проникнешь.

Печаль мою развеять Моя же горесть в сердце.

Намерен непременно.

После громозвучных и торжественных од классицистов, в которых затрагивались и решались важные, но далекие от мира д и малодоступные их пониманию проблемы, теплые и нежные стихи Карамзина явились откровением и овладели вниманием читающей России.

В прозаическом отрывке «Прогулка» описывалась весенняя природа, вечер, проведенный за городом. Автор восхищается природой, находит точные краски для ее описания, создает гимн солнцу и жизни.

^ Повесть «Евгений и Юлия»

Повесть «Евгений и Юлия» (1789) является первым крупным произведением Карамзина, характерным для русского сентиментализма. В ней воспеваются природа, дружба, нежные чувства любовь. Сирота Юлия воспитывается у дальней родственницы госпожи Л., сын которой Евгений после многолетнего учения за границей возвратился на родину. В день их рождения, когда Евгению исполнилось 22, а Юлии — 21 год, молодые люди открываются взаимной любви и получают от госпожи Л. согласие на брак. Нежное сердце молодого человека не выдержало восторга «высочайшей радости». К вечеру того же дня жених почувствовал в се сильный жар, и «в девятый день, на самом рассвете, душа Евгения оставила бренное тело». После его похорон «госпожа Л. и Юлия... живут во всегдашнем меланхолическом уединении», дважды в день посещают могилу, наблюдают природу и вздыхают. Как видим, сюжет повести почти лишен действий, но в ней много нежных чувств и глубоких переживаний.

Окружающая жизнь рисуется идиллически. Так, крепости крестьяне после утомительной работы на помещичьем поле очень довольные возвращаются домой и «в простых песнях благословляют мать натуру и участь свою».

Повесть «Евгений и Юлия» близка детям и юношеству воспеванием чистой любви, незамутненных нежных чувств, восторженным отношением к природе, умением видеть вокруг себя красе и наслаждаться ею. Ровный и чистый литературный язык, совершенно свободный от славянизмов и диалектизмов, плавное повествование, безупречный стиль сделали повесть вполне доступной юным читателям, среди которых она пользовалась невиданным успехом.

^ Детские сказки Карамзина

Для детей Н. М. Карамзин продолжал писать и после того, как был закрыт детский журнал. В 1792 г. опубликовал сказку «Прекрасная царевна», а в 1795 г.— «Илья Муромец» и «Дремучий лес». Наибольший интерес представляет прозаическая сказка «Дремучий лес». В подзаголовке к ней указывалось: «Сказка для детей, сочиненная в один день».

Все боялись Дремучего леса и не ходили туда, так как в нем царствовал, как полагали, злой волшебник, чародей, кум и друг Вельзевула (главы демонов).

В селе, недалеко от леса, жили старик и старуха с двадцатилетним сыном, который был как «ангел красоты и голубь смирения».

Однажды ночью в их дверь постучали и зычный голос произнес: «Пошлите сына в Дремучий лес. Родители были в ужасе, а сын «доказывал, что Дремучий лес может быть страшен для других, а не для него». Родители вынуждены были согласиться, и сын пошел в Дремучий лес «следом за беленьким кроликом, который перед ним резвился и прыгал».

В лесу у чудесного домика юноша встретил красавицу, которая была предназначена судьбой ему в жены.

Понятно, что после свадьбы герои жили долго и счастливо. А если читатель захочет узнать, где же злой волшебник и чудовище, то автор отвечает, что это слух, который «принадлежал к числу басен», «ужасное же чудовище существовало в воображении добрых поселян».

Через сказочные образы и события автор убеждает детей не бояться леса, любить природу, наслаждаться ее красотой и дарами.

Сказка «Дремучий лес» чисто литературная. В ней нет следов народного творчества. Как и в других своих произведениях, Карамзин придерживается поэтики сентиментализма.

«Илья Муромец»

Произведение это названо автором богатырской сказкой и написано, как уверяет он, «мерами русских старинных стихов», т. е. былин. Это было последнее и незаконченное произведение Карамзина в стихах, после чего он взялся за историю.

В сказке рисуются поэтические картины природы в стиле сентиментализма, создается образ Ильи Муромца, не похожего на былинного богатыря. Нежными красками поэт рисует многоцветные картины природы, отмечает оттенки и звуки окружающего мира:

Воды с блеском заструилися, Травки, ночью освеженные,

И цветочки благовонные

Растворили воздух утренний • Сладким духом, ароматами.
Солнце красное явилось

На лазури неба чистого

И лучами злата яркого

Осветило рощу тихую,

Холм зеленый и цветущий дол.

Улыбнулось все творение,

Таким прекрасным утром наслаждался ехавший по лугу «на статном соловом коне», со щитом в одной руке и копьем булатным в другой Илья Муромец.

Образ богатыря, созданный Карамзиным, лишь частично напоминает былинного. Он показан не в сражениях с врагами родины, а в общении с очаровательной красавицей в рыцарских доспехах. Как и в других произведениях писателя, здесь мало действия, но много нежных чувств и ярких картин.

Мы не знаем, чем заканчиваются приключения героя, так как сказка не была закончена. Ясно одно: образ былинного героя был трансформирован на основе поэтики сентиментализма.

Нельзя не отметить и другое: подобным строем стиха Карамзина готовил почву для некоторых сказок В. А. Жуковского.

Никакой русский писатель не пользовался до этого такой любовью и популярностью, какая выпала на долю Карамзина. Современники видели за чтением его книг представителей разных сословий и всех возрастов. Один из них писал: «Мужики, мастеровые монахи, солдаты — все о нем знают, все любят его, что может быт слаще для Карамзина? Что лучше сего панегирика?»2.

Родственница А. И. Герцена Пассек вспоминала, что в семилетнем возрасте, читая «Бедную Лизу», она так рыдала, что засыпал на мокрой подушке. Таких примеров можно привести много.

^ Карамзин в чтении детей и юношества

В творчестве Карамзина нет такого произведения, которое был бы недоступно или нежелательно для детского и юношеского чтения. Среди детей и юношества успехом пользовалось самое круп мое произведение писателя — «Письма русского путешественника» в котором описывались картины и события, увиденные автором Европе за полтора года пребывания там.

Свои «Письма» Карамзин справедливо называл «зеркалом души». Это их свойство не оставляло равнодушными юных читателе» но еще больше привлекало детей тем, что вместе с автором он совершали воображаемое путешествие по разным странам, знакомились с природой и культурой Западной Европы, музеями, архитектурными памятниками, знаменитыми людьми. Обо всем этом Карамзин рассказывал с большой теплотой, знанием, блестящим литературным талантом и чистым русским языком,

Мемуары русских людей, детство которых проходило в конце XVIII века или в начале XIX, свидетельствуют о том, с каким восторгом в 7—12-летнем возрасте читали они «Бедную Лизу», исторические повести Карамзина, а также его автобиографический роман «Рыцарь нашего времени», который в русской литературе положил начало жанру повести о детстве.

Не меньшей популярностью среди детей и юношества пользовались стихи Карамзина, которые явились для того времени столь же новаторскими, как и его проза. Особенный восторг у читателей разных возрастов вызывала его пейзажная лирика, наполненная нежной сыновней любовью к Родине, глубоко идейная по содержанию, блестящая по форме и богатая чувствами.

Где грады, веси процветают, Поля волнистые сияют

Под тению густых лесов. ...Теки, Россию украшая,

Шуми, священная река)
Таково, например, знаменитое стихотворение «Волга», своеобразный гимн великой русской реке, на берегах которой прошли детские и отроческие годы поэта:

Река священнейшая в мире,

Кристальных вод царица, мать!

Дерзну ли я на слабой лире

Тебя, о Волга, величать!

...Хвалить красу твоих брегов,

Не случайно многие поколения русских людей с детских лет заучивали эти стихи наизусть.

Стихи Карамзина, каждая его поэтическая миниатюра как бы специально создавались для детей. Он умел оживить весь мир, разговаривать с любимой им Волгой, с родными лесами, птичками как с равными, близкими и родными существами. В целом ряде стихотворений он воспевал Родину, подвиги ее сынов, природу и мирную жизнь. Есть среди них произведения, в которых выражаются мысли и чувства, созвучные нашей эпохе. Такова его «Песня мира»:

Полно нам губить друг друга,

Сирым слезы проливать,

И печальная супруга,

Да престанет горевать.

Карамзин живо интересовался народным просвещением, вопросами чтения и посвятил этому ряд статей. Он писал: «Кто хочет общественного блага, то пусть будет первым законом его — Просвещение». Поэт мечтал о том времени, «когда свет учения, свет истины озарит всю землю и проникнет в самые темные пещеры невежества». В его статьях отразились просветительские идеи, которые пропагандировались Н. И. Новиковым в его журнале для детей. Как и Н. И. Новиков, Карамзин смотрел на детей .и юношество как на надежду и подпору общества и с этих позиций обращался к ним.

По своему мировоззрению Н. М. Карамзин был идеологом дворянства, сторонником просвещенного абсолютизма. Как и в лучших произведениях, опубликованных на страницах новиковского журнала для детей, он считал, что человек любого сословия ценен сам по себе, заслуживает интереса и уважения. Более того, крестьянская Девушка в повести «Бедная Лиза» оказалась душой богаче, нравственно чище и благородней обольстившего ее дворянского Эраста.

Распущенности и развращенности екатерининского двора Карамзин противопоставлял идеализированных бояр XVII века или добрых поселян (крестьян). Он не выступал против монархической и крепостного строя, но хотел, видеть на троне просвещенного царя и гуманное, уважительное отношение к крепостным крестьянам со стороны их владельцев.

Уроки, полученные им при работе в детском журнале, оставили след в его творчестве, что по-разному отразилось в ряде его произведений. В ответ на арест Н. И. Новикова поэт обратился к Екатерине II с одой «К милости», в которой писал:

Доколе всем даешь свободу Видна во всех твоих делах,—

И света не темнишь в умах; Дотоле будешь свято чтима

Пока доверенность к народу И славима из рода в род.

Ода эта не имела успеха, и Н. И. Новиков без суда был заточен в Шлиссельбургскую крепость. Карамзин отказался посвятить императрице оду, о чем открыто заявил в стихотворении «Ответ моему приятелю, который хотел, чтобы я написал похвальную оду Великой Екатерине». В «Ответе» он назвал себя бедным чижиком, который «не дерзнет» воспевать гремящую славу, так как он «любовь одну поет» «в рощице живой». Одним словом, он дал ясно понять, что не намерен воспевать императрицу.

Своим творчеством Н. М. Карамзин служил развитию русской культуры, подготовил читающую публику, возбудил интерес к литературе у более широких кругов, способствовал воспитанию патриотических и эстетических чувств. Его популярность возрастает в наши дни.

Творчество Карамзина — важнейший, переломный период в истории детской литературы — сыграло огромную роль в дальнейшей ее судьбе.

^ Радищевские идеи в детской литературе

Н. Н. Сандунов (1768—1832) и его драма «Солдатская школа»

Самым значительным, наиболее революционным произведением русской литературы-XVIII века явилось «Путешествие из Петербурга в Москву» А. Радищева. Целиком это произведение вряд ли попадало в детскую среду. Но отрывки из него, а главное — его идеи были известны русским людям еще в детском и юношеском возрасте.

Более уверенно можно говорить о влиянии «Путешествия» на детскую литературу. Отзвуки радищевских идей уловимы в целом ряде произведений, но наиболее ярко отразились в «Солдатской школе» Н. Сандунова.

Николай Николаевич Сандунов (1768—1832) был преподавателем гимназии, сотрудничал в журнале «Детское чтение для сердца и разума», работал в Благородном пансионе при Московском университете, где руководил детским театром, для которого написал несколько пьес. Позднее ехал профессором гражданского .и уголовного права Московского университета, много внимания уделял вопросам воспитания, придерживался прогрессивных взглядов.

Сандунов горячо призывал воспитателей изучать возрастные особенности и интересы детей, учитывать их в своей деятельности. В этих взглядах чувствуются отзвуки идей, почерпнутых в кругу Новикова. Но наибольшее влияние оказал на него Радищев.

Многие годы Н. Н. Сандунов занимался активной литературной деятельностью: переводил стихи, пьесы, в том числе «Разбойников» Ф. Шиллера, сам написал .несколько пьес: «Отец семейства» (1793), «Солдатская школа» (1794), «Царский поступок» (1817) и др. Многие его пьесы были запрещены цензурой, остались в рукописях и до нас не дошли.

Есть основание полагать, что одна из самых лучших пьес, отличающихся наиболее передовыми идеями, опубликованная в детском журнале Новикова — «Великодушие в низком состоянии»,— написана Н. Н. Сандуновым.

Свои произведения Сандунов писал для руководимого им театра при университетском Благородном пансионе, т. е. для детского театра. Позднее из пьес, входивших в репертуар этого театра, составил два сборника — «Детский театр для образования сердца и ума» (1819), а также «Детский театр. Собрание пьес, игранных в учрежденном при императорском Московском университетском благородном пансионе» в двух частях, изданных в типографии Московского университета. Первая часть этого издания открывалась большой вступительной статьей о воспитательном значении детского театра.

Самым значительным произведением Н. Сандунова является драма «Солдатская школа», в которой изображены ужасы крепостного строя.

Вся деревня находится в полном распоряжении приказчика Занозы, который чувствует себя полновластным хозяином, грабит и наказывает крестьян. Он принуждает красавицу Анюту выйти за него замуж. В отместку за отказ разоряет ее отца, отдает в солдаты брата Иосифа. «Вся деревня, ваш домишко, скарб, все, что в нем есть, все это у меня в руках. Я волен здесь, над животом и смертью полный господин, все вы мною только дышите... Я один, от которого вы все с ног до головы зависите»,— говорят он Анюте и другим. Отец Анюты Бедон протестует против этого, готов погиб­нуть, но не позволить надругаться ни над собой, «и над своей дочерью.

В деревню прибывает полк, в котором служит брат Анюты Иосиф. Зная, что за поимку дезертира платят большие деньги, Иосиф убегает из полка, уговорив своего дядю Стародума поймать его. Дезертир пойман, а деньги, полученные за это Стародумом, отданы Бедону, который расплатился с барином.

Иосиф подлежит казни. Но в критический момент становится известна причина его дезертирства. Самоотверженный поступок солдата расценивается окружающими как подвиг, за что его не только оправдывают, но и представляют к награде.

В детской литературе появляется новый герой — жестоко попираемый крепостной крестьянин, готовый не щадя жизни выступить против тирании. Он чувствует силу, смело протестует. В ответ на угрозу Занозы взять его под стражу и «заковать в железы» (т. е. кандалы) не пугается, не отступает от борьбы, так как уверен в своей правоте. На его защиту поднимается народ, что справедливо квалифицируется приказчиком как бунт. Голос протеста против произвола поднимают и лучшие офицеры прибывшего полка, готовые бороться вместе с крестьянами. Они называют управляющего грабителем, ржавчиной, разъедающей общество.

Пьеса «Солдатская школа» отличалась несомненными литературными достоинствами: бурной и яркой завязкой, напряженным развитием действия, мотивированными поступками героев, логически оправданной развязкой. Речь героев ярка, метка, в меру индивидуализирована, насыщена пословицами. В то же время некоторые крестьяне говорят как аристократы.

Основные взгляды автора отражены через образы помещиков и их управляющего Занозы. Они показаны жестокими извергами, не признающими ни законов, ни морали, ни человеческих прав. И черты эти рисуются не как проявления индивидуальных характеров, как это было в «Несчастных сиротах» А. Болотова, а как явление социальное. И в этом главная особенность пьесы, этим она сближается с «Путешествием из Петербурга в Москву» А. Радищева, поднимает русскую детскую литературу на новую идейную высоту. «Солдатская школа» является вершиной прогрессивного направления в русской детской литературе XVIII века, свидетельством ее идейного роста. Рисуя картины бесправия и жестокой эксплуатации, автор воспитывает ненависть к крепостному строю, желание бороться с ним.

Бурно развивается детская литература в последнее десятилетие XVIII века, издается большое количество новых книг. На первом месте выступают наставления, энциклопедии и путешествия Таковы «Путь к благонравию» П. Захарьина (1793, 1796, 1798), «Руководство к счастию и блаженству» В. Богданова (1798), «Путь к добродетели и любомудрию» К. Дамского (1794), «Новое краткое понятие о всех науках» (в 4 ч., 1796—1797) Д. и И. Нехачевых, «Детский месяцеслов» Ф. Туманского, «Зрелище света, ил Всемирное землеописание» (1789), «Новейшее повествовательно (землеописание. Для малолетних детей» (в 3 ч., 1795).

Познавательной книге старались придать более занимательный игровой характер. Таковы «В пользу и забаву малолетним детям А. Шелехова (1799), «Географическая игра в карты» И. Тодорского (1798), «Фокус Покус» (1795), «Полезные для детей игрушки» (1797), «Любопытные для детей загадки с отгадками» (1790) и др.

Издавались сборники рассказов, повестей, пьес, стихотворений, детских альманахов. Таковы сборники «Разумная нянюшка» (Кострома, 1796), «Усердие детей» (1796).

Выходят сказки как народные, так и литературные. Таковы «Пересмешник» М. Чулкова, «Русские сказки» В. Левшина, «Бабушкины сказки» и «Сова, ночная птица» С. Друковцева, «Веселая старушка, забавница детей» П. Тимофеева и др. Хотя некоторые из этих сборников (В. Левшина, М. Чулкова) принято считать книгами для взрослых, но они входили и в круг детского чтения. Остальные, даже судя по названиям, адресовались детям. Об этом свидетельствуют предисловия к ним и отзывы о них.

Хотя в конце XVIII века для детей издавалось немало книг, но они далеко не удовлетворяли потребности в чтении. Детей обычно начинали учить грамоте с пяти лет. Некоторые умели читать уже в трехлетнем возрасте. Курс учения чаще всего ограничивался умением читать и писать, что создавало интерес к книге. Поэтому дети читали все, что попадало им под руку из родительских библиотек. Так в раннем детстве читали не только Пушкин, Герцен, Аксаков, как известно из их биографий, но и многие другие.

Поэтому в чтении детей конца XVIII века более 80 процентов занимали книги для взрослых, куда входили произведения Ломоносова, Сумарокова, Хераскова, Державина, Карамзина и других русских, а также зарубежных писателей как в переводах, так и в оригинале. К началу XIX века первое место в детском чтении начинает занимать Карамзин, а за ним — Державин.

Таким образом, несмотря на относительно бурное развитие детской литературы последней трети XVIII века, особенно последнего десятилетия, она еще не отвечала потребностям, как в количественном, так и в качественном отношении. Вместе с тем она указала пути для дальнейшего ее роста: тесная связь с современностью, с передовыми идеями, с литературой для взрослых, сочетание науки и искусства. Задачи эти продолжали решаться детской литературой следующего, XIX столетия.


Источник: http://rudocs.exdat.com/docs/index-568145.html?page=6



Рекомендуем посмотреть ещё:


Закрыть ... [X]

Писатели и поэты Красноярского края Центральная - Апатия расставание

Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе Отрывки стихотворений в прозе